— Мне очень нравится это место, — сказала Энн и тяжело вздохнула, оглядев величественный викторианский интерьер ресторана. Подобные рестораны исчезли почти двадцать лет назад — остался только «Чарли», да и тот превратился из роскошного заведения в некую ностальгическую забегаловку, напоминавшую людям старшего поколения об их славном прошлом.
— Двойной без пены? — спросил Блэйкмур, когда к ним подошла официантка. Увидев, что Энн молча кивнула, он поднял вверх два пальца. Пока им готовили кофе и все остальное, Энн полезла в сумку и достала оттуда репортерский магнитофон.
— Угу, — многозначительно хмыкнул Блэйкмур, — ты, конечно, можешь попытаться выудить у меня кое-что, но только на твоей пленке не должно быть моего голоса. Никаких интервью, пока мы не узнаем об этом деле чего-либо существенного. Договорились?
Энн нехотя положила магнитофон обратно в сумку.
— Ты же знаешь меня, Марк, я всегда беру только то, что мне дают. Итак, что же происходит? Прошел слух, будто вашу спецгруппу распустили преждевременно.
Марк Блэйкмур горестно закатил глаза:
— Не верь известиям, полученным из третьих рук.
— Хорошо, — кивнула Энн. — Но, с другой стороны, я была бы плохой журналисткой, если бы не поинтересовалась, почему появляются подобные слухи. Что случилось? Имитатор?
Детектив слегка призадумался, и Энн поняла, что в этот момент в его голове вновь встала картина преступления. Наконец он пожат плечами:
— Если это и имитатор, то, должен тебе признаться, самый худший из всех. К тому же имитаторы начинают подражать почти сразу же после сообщения о делах своего кумира, а этот появился только сейчас, то есть спустя два года после ареста Крэйвена. Да и до ареста у Крэйвена не было никаких имитаторов.
— А ты уверен в этом? — спросила Энн, пристально глядя на детектива.
— Да, уверен, — решительно ответил тот. — Ты же сама прекрасно знаешь, что у Крэйвена был свой почерк, своя манера действий… — Блэйкмур замолчал, увидев приближающуюся официантку. Положив в чашку две ложки сахара и размешав его, он отхлебнул глоток и продолжил: — Самое неприятное, что между этим делом и делом Крэйвена есть определенное сходство.
Репортерское чутье заставило Энн настороженно замереть.
— Например? — спросила она, стараясь не выдать своего волнения.
Блэйкмур заметно напрягся, сосредоточился и начал поочередно загибать пальцы на правой руке:
— Во-первых, нет никаких признаков борьбы. Помнишь, как погибали все жертвы Крэйвена? Создавалось впечатление, будто они добровольно шли на смерть. То же самое произошло и с Дэвис. Конечно, она была проституткой и думала, что подцепила щедрого клиента. Во-вторых, — Марк загнул второй палец, — ее грудная клетка вскрыта и вырезаны все внутренние органы.
Энн до хруста сжала зубы и почувствовала легкое головокружение, как это бывало всегда, когда она узнавала о подобных преступлениях.
— В точности так делал Ричард Крэйвен.
— За исключением того, что этот парень — абсолютный дилетант, — продолжал Блэйкмур. — Кроме того, он сперва сломал ей шею.
— Ричард Крэйвен так никогда не поступал, — заметила Энн и нахмурилась. — Он никогда не убивал свои жертвы до начала… этих действий. Разве не так?
— Совершенно верно, — согласился с ней детектив. — Насколько нам известно, он этого никогда не делал. — Блэйкмур огляделся по сторонам, а потом наклонился к собеседнице: — Но дело в том, что этот подонок, похоже, вскрыл ее грудную клетку еще до того, как она умерла. Об этом свидетельствует большое количество крови, вытекшей из раны.
Энн уставилась на детектива немигающим взглядом:
— Ну так кто же он? Имитатор или нет?
Блэйкмур провел пальцем по кромке чашки, напряженно обдумывая ее вопрос. Конечно, он не имел права делиться информацией с репортером на ранней стадии расследования, но он был уверен: Энн Джефферс не напишет ничего такого, что пойдет ему во вред. К тому же он уже привык за последние годы советоваться с этой весьма неглупой женщиной. А самое глазное — она нравилась ему.
— Я не знаю, — откровенно признался Блэйкмур. — Если бы преступник не вскрыл ее грудь и не разбросал внутренние органы по всей кухне, я бы подумал, что это был человек, которого Дэвис хорошо знала и даже любила. Там не найдено абсолютно никаких следов борьбы, никаких следов насильственного вторжения в квартиру. Похоже на то, что он просто убил ее и преспокойненько удалился.
— А кто это мог быть?
Блэйкмур снова покачал головой.
— Никаких признаков изнасилования или чего-нибудь в этом роде, — он тяжело вздохнул. — Вот это-то и беспокоит меня больше всего. Если не было борьбы и сексуальных домогательств, то что же там было, черт возьми?
Энн помолчала, обдумывая услышанное. Она полностью доверяла Блэйкмуру и решила поделиться с ним своими соображениями.
— В последнее время в прессе очень много писали о Ричарде Крэйвене, — осторожно начала она. — И я, пожалуй, больше, чем кто бы то ни было. Думаю, что тем самым мы подтолкнули кого-то к опасной черте.
Блэйкмур впился в нее глазами.
