Люцифэ сдержал слово. Так меня только Марианна с Риокой гоняли, но с одной существенной разницей: сейчас я не пила стимуляторов. Было невообразимо сложно. Угодить Часовщику оказывалось почти невозможно, зато если мне удавалось, то друг превращал эти моменты в настоящий праздник. Нет, Люцифэ не ограничивался одной физической подготовкой, он был требователен во всём: продумывал моё расписание, мы вместе готовили уроки и задумывали разные каверзы для наставников и одногруппников, отбывали за это наказания. И тем не менее, именно Часовщик смог первым показать мне, что значит жить полноценной жизнью, упиваясь каждым её мгновением.
Накануне экзаменов нам сообщили основные сведения о прохождении практики. Наш курс, совместно с пятым и девятым в сопровождении Гроссера, Канорена и Дива едет на Равалон отлавливать сбежавших с рудников заключённых.
— Как же так? — растерянно спросила я у Люцифэ. — Мы же должны были проходить практику с магистром Дэриваном.
— Похоже, лекарю так и не простили прокола на полигонах, — предположил Часовщик.
— Отлавливать заключённых… — меня аж передёрнуло от отвращения.
— Это очень серьёзное задание, и я не понимаю, почему нас на него отправляют. Равалон — каторга, куда ссылают убийц и грабителей, и личности там отшиваются отнюдь не глупые, и уж тем более не безопасные. Почему бы не послать туда кого повзрослее?
— Терпите, мелкие, — обернулся к нам один из старших, услышавший разговор. — В этом сиане аврал с практикой на всех курсах. Половина стражей Города брошена в районы прорывов Бездны, поэтому власти решили заткнуть образовавшиеся дыры учениками Академии.
Весть была не из обнадёживающих, но беспокоило меня другое. Зашившись в библиотеке, я подняла сведения по Равалону и окончательно скисла. Что мне теперь делать? Я более чем уверена, что для облегчения поисков сбежавших заключённых будут использоваться специальные приборы. Воспоминание о не таком уж давнем происшествии заставило меня помрачнеть и помимо воли потереть внезапно зазудевшее плечо. Что подумают ученики и наставники, если меня начнёт корчить при активации одного из таких поисковиков? Но каким образом попробовать избежать участия в этой практике? Можно, конечно, рассказать всё Люцифэ и спросить совета, но мне было стыдно поднимать эту тему даже с Часовщиком. Я стыдилась своего цветка и втайне надеялась, что друг не в курсе моего позора.
«По-моему, я знаю способ, — вмешался голос. В последнее время он разговаривал со мной исключительно редко и почти никогда не заговаривал первым. Меня это не слишком волновало, ведь у меня теперь есть Люцифэ, которому я могла доверить почти все свои помыслы и чаяния. — Помнишь, на прошлом курсе ты читала Устав Академии. Там был один интересный пунктик, в соответствии с которым ты можешь пройти практику в одной из действующих команд фениксов».
Правда? Это же чудесно!
«Но только в том случае, если они на это согласятся. Советую немедля засесть за составление писем с изложением твоей просьбы».
И они возьмут меня к себе на практику, — возликовала я, полная радужных надежд. — Спасибо!
«Пока ничего ещё не решено. Тебе могут отказать».
Я отправлю письма во все кольца. Хоть в одном да откликнутся, я уверена. Нужно поскорее рассказать Люцифэ.
«Нет!» — рявкнул голос. Я аж опешила от неожиданности.
Почему?
«Тогда тебе придётся объяснять про цветок», — уже спокойнее пояснила моя шиза.
Не обязательно. К тому же я не собираюсь проходить практику без Люцифэ.
«Вдвоём вас точно не возьмут. У тебя одной намного больше шансов».
И не подумаю!
«Ты полная дура или просто прикидываешься? Речь идёт о твоём будущем! Ты хоть осознаёшь, что тебя ждёт в случае отказа команд взять тебя на практику?»
Но я без Люцифэ… — уже не так уверенно пробормотала я, не желая расставаться с мыслью, что мы можем вдвоём попасть в одно кольцо.
«Да ты просто трусишь! Привыкла прятаться за его спиной и сваливать все решения возникающих проблем на своего ЛЮ-ЦИ-ФЭ. А сама…»
Не правда! Я лично займусь письмами. А Люцифэ расскажу только в случае, если нас возьмут. Так будет лучше всего.
«Делай, как хочешь. Меня это вообще не касается», — недовольно проворчала шиза, заставив меня недоумевать по поводу резкой смены мнения.
Измарав горы бумаги и получив удовлетворивший меня текст, я задалась закономерным вопросом:
А как мне отправить письмо?
«Сама думай. Ты же у нас такая умная и самостоятельная!»
Хватит насмешничать. Академия — закрытое заведение, и до практики я не смогу покинуть её стен.
«Но у других практика начинается раньше», — недовольно намекнул голос.
Точно. Ты гений. Пойду попрошу Дэри.
«Дэри выпускается в одно время с тобой или на день-два раньше».
Да? Тогда к кому же мне обратиться? — расстроилась я. Со старшими учениками я не слишком знакома. К кому я ещё могу подойти с подобной просьбой?
«К Брэдону, например. Помнится, у него остался неоплаченный должок по отношению к тебе».
