— А что он там про пересдачи говорил? Почему так много?
— Говорю же, изверг, — скривился Дори. — Раньше, чем с третьего раза его экзамен сдают единицы.
— Почему?
— Требования завышает. Он вытрясет в конце из нас всё, чему обучал в теории и на практике, в придачу к этому нужно будет свободно владеть разнообразными знаниями, почёрпнутыми «самостоятельно». Ребята говорят, что днюют и ночуют в библиотеке, а ему всё равно мало.
Под болтовню Дори мы добрались до столовой и неспешно пообедали. Дар почти не притронулся к еде и предпочёл молчать. Ещё бы! Если правда то, что я прочитала в книгах, то у него, нахлебавшегося воды, должны быть периодические мышечные судороги. До еды ли тут? Но как держится! Самое обидное, что в книгах не написано, как нейтрализовывать этот эффект.
После обеда, спровадив Дори, я поинтересовалась у Дара:
— Быть может, я могу помочь. Правда, сам не знаю чем.
— Спасибо, — выдал жалкое подобие привычной улыбки светлый. — Но мне ничего не поможет… ещё боя три как минимум. Если бы ты умел, то мог бы сделать массаж. Правда, эффект продлится не больше двух-трёх стигн.
— Я могу попробовать, — вызвалась я добровольцем. — Но предупреждаю сразу: массаж я никогда не делал.
— Ну что ж, есть повод научиться. Будет практика перед следующим курсом, — хмыкнул Дар. — Пошли к тебе. До рукопашки всё равно ещё больше полубоя. Кстати, ты же у нас специалист по точечной терапии. Может, она поможет?
Покопавшись в памяти, я была вынуждена отрицательно покачать головой. Меня учили воздействию на болевые точки и их нейтрализации. Про судороги речи не шло.
Пристроившись хвостиком за Даром, я обругала себя последними словами за несдержанность. Ну что мне стоило промолчать? Нет же, надо было предложить свою помощь. Вот влипла из-за собственного языка. Теперь не отвертишься, сама же предложила.
Оказавшись в моей комнате, светлый начал расстегивать рубашку. Я смутилась. Ничего подобного я не ожидала. Нет, конечно, я понимаю, что массаж лучше делать на голую кожу, но это как-то… и зачем я на это вызвалась?
«Дура потому что».
— А может, я через одежду попробую?
— Ткань слишком толстая. Я просто ничего не почувствую.
Я поспешно отвела взгляд и залилась краской, как маков цвет. Зато голос не удержался от очередного комментария:
«Наверно, он давно ждал этого часа. Ишь, как шустро разоблачается. — Я мимо воли скосила глаза в сторону одногруппника, но тут же поспешно отвернулась ещё больше. — Какие мы скромные, прям в монастырь пора, а не в мужскую академию! Вау! А штаны снимать — это самое то».
Что!?!
Я подскочила на месте и обернулась. Дар, похоже, и вправду вознамерился раздеться полностью. Сброшенные рубашка, майка и обувь лежали прямо на полу у кровати. Вновь отвернувшись, я попросила:
— Штаны не надо снимать.
— Ты чего? — удивился светлый.
— Пожалуйста, — жалобно протянула я.
— Как скажешь.
С тихим вздохом Дар вытянулся на кровати. Я боязливо приблизилась. И зачем я вызвалась помогать? Светлый неподвижно лежал на животе, перекрестив руки под щекой и повернувшись лицом к стене. Сейчас было прекрасно видно, как волны дрожи проходят по всему его телу. Наверно, это дико больно. Я должна попробовать помочь ему.
С чего начинать, я даже не представляла. По идее, нужно как-то расслабить напряжённые мышцы. Но как это сделать? Опустившись на колени возле кровати, я попросила:
— Вытяни вдоль тела правую руку, попробую начать с неё.
Дар, не пререкаясь и не поворачивая головы, подчинился. Сняв браслеты с запястий, я осторожно прикоснулась к руке. Она была горячей и как будто деревянной. Пододвинув конечность поближе к себе, я неуверенно попыталась размять её. Минуты через две поинтересовалась:
— Ну как?
— Такое чувство, будто я фарфоровый, и ты боишься меня покалечить, — честно сознался Дар. — Я почти не чувствую твоих прикосновений.
Стиснув зубы, я попробовала прилагать больше сил. В результате у меня на лбу даже испарина выступила, а Дару ничуть не стало легче. Светлый повернулся ко мне лицом и с кривой усмешкой сказал:
— Тебя не Куколкой нужно было назвать, а Пушинкой. Самое то было бы.
— Ну знаешь! — всерьёз обиделась я, вскочила на ноги и бросилась к двери.
— Дарк, постой! Я не хотел тебя обидеть.
Но я уже была на коридоре. Знал же с кем связался! Зачем тогда было просить? Чтобы посмеяться?
— Дарк! — раздалось сзади, но я перешла на другой материальный уровень и понеслась со всех ног. Пушинка! Как будто я виновата, что они здесь все гиппопотамы толстокожие.
«Но у тебя и вправду мало сил по сравнению с ними», — подала голос моя шиза. Я лишь злобно шикнула на неё. И голос тоже только и делает, что развлекается за мой счёт.
«Вместо того, чтобы ругаться, лучше бы немного головой подумала. Ты могла помочь парню через своего феникса. Он же, как-никак, специализируется на крови, следовательно, имеет определённое влияние практически на любое существо».
Этот упрёк отрезвил меня. И вправду, не подумала. Но возвращаться и пробовать уже не буду. Перебьётся. Да за Пушинку я с Даром вообще разговаривать не буду.
