Вернулись мы далеко за полночь. Сначала я даже не узнала места, которое покинула буквально десять боев назад. Квартиру выдраили так, что даже её обитатели чувствовали себя не в своей тарелке. Хэн внял угрозе Лорда, и больше я его не видела, о чём ничуть не сожалела.
Помимо меня, четырёх парней из свиты Лорда, его самого и Никаэля, в команде было восемь существ. Командиром кольца был Адон — грубый по манерам вампир из какого-то не слишком сильного и малочисленного клана. Номинально он всё ещё оставался главой команды, но с каждым днём всё больше влияния переходило к Лорду. С Мио и Клио я была уже знакома. После первого дня они старались держаться от меня как можно дальше, а потом и вовсе незаметно исчезли.
Из всей команды я более-менее общалась лишь с Мрэдхиром, являвшимся представителем беззаботного и довольно безвредного народа вигтов. Как он затесался в эту банду я понять так и не смогла. По мне, он был вполне себе компанейский весёлый парень, но Нике он не нравился. Безрак называл вигта не иначе, как «мелкий пакостник». Впрочем, нелюбовь была взаимной.
Как мне поведал Мрэдхир, ещё полсиана назад команда была полностью укомплектована.
— И что с того? — спросила я вигта, не понимая, к чему тот клонит.
— Ничего, — рассмеялся он. — Если не считать того. Что они имели глупость стать неугодными Лорду. Впрочем, я здесь тоже надолго не задержусь. Надоедает быть постоянно начеку и подстраиваться под Лорда.
Примером, подтверждающим его слова, оказалось исчезновение на второй день ещё одного члена команды, Риваса из народа, называемого рудры. Я его видела только раз: в первый вечер. После этого перевёртыш бесследно исчез. Как прокомментировал Мрэдхир: «Не сошёлся характером с Лордом».
Лорд… В последующие дни я его видела исключительно редко. Потом исчез Ника, оставив записку, что его не будет по меньшей мере пол-луны. Я совсем заскучала. Из команды со мной никто, за исключением Мрэдхира, не общался, что, вполне возможно объяснялось постоянным присутствием кого-либо из «гарема» Лорда. Но эти парни что они есть, что нет — всё одно: просто маячат где-то на заднем фоне, не произнося ни звука. И относилась я к ним соответственно, то есть никак.
Свою позицию я изменила после исчезновения Ники. Мы целые дни проводили вместе, а теперь мне просто нечем было заняться. Немного побродив по пустой квартире, я взяла с полки в общем зале первую попавшуюся книгу и засела в своей комнате (или в Безраковой — это смотря как рассматривать выделенное нам на двоих помещение).
— Не горбься!
Я так и подскочила на стуле. У меня что, глюки уже? На шизу не похоже. Я перевела подозрительный взгляд на замершую у двери фигуру. Быть не может, чтобы Вэнади сделал мне замечание! К тому же голос как будто принадлежал Люцифэ. Друг частенько указывал мне, что я делаю что-то не так. Наверно, просто задумалась и память мимо воли подбросила мне его голос-воспоминание. Интересно, как он там? Может, стоит написать ему письмо? Но что это даст? Я даже адреса не знаю. Да и не рискну поведать про причины, вынудившие меня поступить так по-свински в отношении его.
— Дарк, не горбись!
Я вздрогнула и вновь посмотрела на Вэнади. Теперь я была абсолютно уверена, что это он сказал.
— А почему бы и нет? — с вызовом глянула я на парня.
— Потому что это некрасиво.
«Это некрасиво». Любимый аргумент Люцифэ. И, на его взгляд, самый убойный. Вот уж у кого постоянная привычка оценивать себя и других со стороны. Жесты, внешность, модуляции голоса, даже эмоции.
Внешность.
А ведь я ни разу не видела небрежности в одежде «гаремщиков», а их в любой момент дня и ночи уложенные волосок к волоску причёски. Неужели…
Мне вспомнилось объяснение Люцифэ про имена, принятые в его народе: последний слог — непосредственно имя, а до этого имена предков. Догадка была дикой даже для меня, но я решила всё же проверить её.
— Ди, послушай…
— Не называй меня так, — чуть поморщился Вэнади. — В твоих устах это звучит, как оскорбление.
Я не знала, радоваться мне или огорчаться. Похоже, соплеменники Люцифэ не столь-то уж и редки, как я до этого предполагала. Но что их может связывать с Лордом?
— Вэнади, а почему ты подчиняешься Рикасу?
Парень уставился сквозь меня отсутствующим взглядом. Теперь. Когда я поняла, что имею дело с соплеменниками Люцифэ, я видела всё больше схожих моментов в их поведении. Часовщик тоже порой смотрел на окружающих, как на мерзких букашек, недостойных и толики его внимания.
— Потому что я сам так захотел.
Я улыбнулась. Какого ещё ответа можно ожидать от подобного существа? У Люцифэ тоже любимые слова «я» и «сам». Эгоцентризм в самом что ни на есть чистейшем виде. Правда, у Люцифэ он сильно разбавлялся отношением ко мне.
— И как Рикас отреагировал на ваше услужение?
Маска каменного истукана дала трещину и на мгновение я увидела промелькнувшее в глазах Вэнади удивление. Тем не менее, ответ был дан холодно-бесстрастным тоном.
— Он привык.
Не сдержавшись, я расхохоталась, припомнив особенности отношения Люцифэ ко мне.
— Бедный! Наверно, он не знал, куда от вас деться.
