— Помнишь тот случай, когда я нечаянно повлияла на тебя? Ты ещё сказал больше так не делать и ещё объяснял, насколько моя сила может быть опасной для окружающих, особенно для более слабых духом. Помнишь, мы ещё сравнивали меня с живым идолом, которому поклоняются толпы народа, готовые на всё, лишь бы сделать мне приятное? Так вот. Я подчинила Дара. Люцифэ, я не хотела! Честно. Это случилось ещё в Академии. И когда я осознала это…
— Т-ш-ш-ш! Ты уверена в этом?
— Да. Он сам мне сказал, что жить без меня не может.
— Это ещё не показатель, — хмыкнув, попытался успокоить меня Люцифэ. — Но может оказаться тревожным сигналом.
— Не показатель?!? Я наговорила ему кучу гадостей, а он всё равно вернулся меня защищать. И ты это называешь не показателем?
— Дарк, парень вменяем. Ты просто ещё не видела тех, кого подчинили. Те просто не стали бы так долго ждать встречи с тобой. Однако когда парень восстановится, его придётся держать подальше от тебя какое-то время. Хотя бы до тех пор, пока каналы не окрепнут. Так что не думай пока об этом. Ты всё сделала правильно. И Дар тоже поступил верно. А нам теперь нужно приложить все силы, чтобы спасти его. Пошли.
— Куда?
— Мне нужна твоя помощь. Если придётся ждать как минимум два дня, то нужно упаковать парня более герметично. Я не рассчитывал на подобный срок. А это создаст определённые проблемы.
Люцифэ помог мне встать и не спешил отпускать мою руку, даже когда его помощь уже не была нужна.
— Какая проблема? — Я всеми силами старалась слушать Часовщика, но мысли вновь и вновь возвращались к тем мгновениям, когда я сознательно унижала Дара, искренне надеясь, что тем самым спасаю его. А ведь не уйди он, я бы, наверно, не заснула. Вдвоём мы бы смогли более эффективно противостоять тени.
— Если я не упакую его герметично, то он не протянет столько времени. Но если я это сделаю, то точная диагностика состояния парня станет невозможной. Получится всё равно, что пытаться определить характер внутренних повреждений существа, запечатанного в прозрачном ящике. Его, вроде, и видно, но не достать. Снимать же стазис придётся быстро. И действовать после этого крайне оперативно. От этого риск потерять парня ещё больше увеличивается.
— Но шанс ведь есть?
— Он всегда есть.
Дар всё так же неподвижно лежал на спине. Токая серебристая чешуя, казалась, переливалась и жила своей собственной жизнью. Я на какой-то момент поверила, что это вздымается и опадает развороченная грудная клетка. Но нет, это просто игра Брио и ночных теней.
— Как ты думаешь, зачем тени нужно было делать его таким? — тихо спросила я, с жалостью разглядывая то, во что превратился Дарион.
— Честно говоря, не знаю и не понимаю. Я был уверен, что тени, даже модифицированные, не могут изменять генетическую структуру других существ. Да и зачем бы это? Тени работают в основном на астральном плане. Получается крупная несостыковка. В данном виде феникс намного сильнее и защищённее. Яросто не вижу резона усиливать собственного противника.
— А меч?
— Меч является ещё одной загадкой. Я читал, что проклятые мечи можно призвать в критической ситуации. Подобные случаи известны в истории, правда, не скажу, что широко распространены. Но вот чтобы они приходили ради одного противника — я такого ещё не встречал. Переход забирает бездну энергии и им нужна колоссальная мощь, чтобы вновь напитаться. Поэтому эти мечи и прозвали проклятыми, что с их появлением текут реки крови.
— Может, он ещё на что-то надеется?
— Не уверен, что данная куча метала обладает подобным уровнем интеллекта. Стань над головой парня и вытяни руки вперёд с растопыренными пальцами ладонями вниз. А теперь постарайся отрешиться от всего и ни о чём не думать. Представь, что из твоих ладоней и пальцев струится энергия, которая пеленает Дара в плотный кокон.
— Вместе с мечом? — на всякий случай уточнила я.
— Ничего не поделаешь. Снять эту гадость пока не получится, так что придётся упаковывать и его.
Я сконцентрировалась на данном мне задании и в какой-то миг чётко увидела потоки силы, идущие от моих рук к Дару. Правда, до кокона там было далеко, но Люцифэ не жаловался.
— Всё, — выдохнул Часовщик, устало распрямляясь. — В таком состоянии он может пролежать хоть тысячи сианов.
Я присела и попыталась дотронуться до влажных волос феникса, но буквально в миллиметре от них наткнулась на невидимую преграду. Над лицом светлого оказалась точно такая же.
— Это оно и есть? — глянула я на наблюдавшего за моими манипуляциями Люцифэ.
— Да. Пошли. Нужно заняться твоими повреждениями, пока не закончилось действие блокиратора.
