Я с тяжёлым вздохом посмотрела на ссутулившуюся фигуру Райана, уже больше часа неподвижно сидящего рядом с Даром. И зачем только ему всё рассказали? Ясно же было, что ни к чему хорошему это не приведёт. Гроссер вполне мог просто запретить фениксу покидать лагерь, однако он не сделал этого. Моё мнение о сарсе в последние дни опускается всё ниже. С такими темпами я его вскоре вообще уважать перестану.
Встав на ноги, я приблизилась к светлому и положила ему руку на плечо.
— Райан, мы сейчас ничем не можем ему помочь, но обещаю…
Феникс резко сбросил мою руку и вскочил на ноги, обжигая меня беспричинным гневом.
— Это всё из-за тебя! Если бы не ты, то…
Райан мешком осел на землю, а неизвестно откуда взявшийся за его спиной Люцифэ устало произнёс:
— Дарк, я же предупреждал: он сейчас невменяем. Держись от него подальше. Мальчик под влиянием эмоций сейчас может тебе такого наговорить или сделать, о чём всю последующую жизнь будет сожалеть. Пошли.
Люцифэ увлёк меня обратно к костру.
— Но ведь он прав. Дар пострадал именно из-за меня.
Часовщик от такого вывода поморщился.
— Глупости. Ты здесь абсолютно ни при чём. Отдохни лучше. Ты мне завтра нужен в здоровом и вменяемом состоянии.
— Люцифэ, у меня не получится.
— Могу поспособствовать. Как и ему, — кивнул Часовщик на лежащего без сознания Райана. — Ложись.
— Но ты же сам ещё спать не собираешься! — заперечила я.
— Я тоже скоро пойду отдыхать. Отвечу на оставшиеся у магистра вопросы и пойду.
Люцифэ поцеловал меня в кончик носа и с улыбкой, отдающей грустью, взлохматил волосы. Я слегка отстранилась. Никак не могу привыкнуть к его выходкам, к тому же подошедший магистр Дэриван смотрит.
Тем не менее, я покорно улеглась на импровизированную постель. Люцифэ сел рядом и принялся неспешно перебирать мои волосы, вновь негромко заговорив с наставником на амаорском. Под переливы их спокойных голосов я вскоре заснула.
Следующий день пролетел в тягостном ожидании. Райана куда-то сплавили, чему я была неимоверно рада. Люцифэ постоянно отлучался по своим делам, а магистр Дэриван ушёл ещё ночью, сказав, что в лагере он нужнее.
Мои ожоги после лечения магистра уже почти сошли и не причиняли мне особого беспокойства, но желания заниматься в одиночку у меня не было.
«Обленилась! — возмутился голос. — Люцифэ тебя совершенно избаловал».
Не правда, — скорее по привычке огрызнулась я.
Тренироваться с Часовщиком мне понравилось. Хотя бы уже потому, что он меня ни разу серьёзно не ударил за время тренировки, а эффективность воспринимаемого материала, несмотря на всё ворчание голоса, снизилась не намного.
Этот день я решила посвятить блаженному ничего неделанью. Чтобы не думать постоянно о произошедшем со мной и Даром, я достала карионит и включила музыку. Несмотря на то, что прошёл уже почти год с тех пор, как мне подарили этот камень, я много чего ещё не слушала, предпочитая раз за разом прокручивать композиции, которые мне нравятся. Но сейчас меня потянуло на что-нибудь новое.
Можно верить и в отсутствие веры,
Можно делать и отсутствие дела.
Нищие молятся, молятся на…
То, что их нищета гарантирована.
(Nautilus Pompilius, "Скованные одной цепью")
Я недовольно открыла глаза, услышав мелодичное мычание над головой, но, к моему удивлению, это оказался Люцифэ. Странно, до сего момента я не замечала за ним любви к музыке.
Поняв, что я смотрю на него, Часовщик замолк, а когда композиция закончилась, вынес свой вердикт:
— Интересная песня. Как раз нам подходит. Хотя музыку я не очень люблю.
— С чего ты решил, что она нам подходит? — удивилась я.
— А почему бы нет? Я связан с тобой. Мы соединяемся в группы, команды, факультеты, состоим частичкой Академии. Но больше всего мне понравилось вот это:
«И если есть те, кто приходят к тебе,
Найдутся и те, кто придёт за тобой».
Я хмыкнула и тут же погрустнела. Люцифэ в чём-то прав. За Даром уже приходили. Кто знает, может, и за нами скоро наведаются?
Когда появился наставник Див, мы с Люцифэ, закинув руки за головы, лежали на траве и во весь голос распевали:
«Скованные одной цепью,
Связанные одной целью!»
— Как я посмотрю, вы не унываете, — холодно отметил Див. Мы с Люцифэ синхронно вскочили на ноги. — Арион сказал отнести мальчика к порталу, чем я и займусь. А вы немедля возвращайтесь в лагерь.
— Нам нужно сопровождать его. Без нас с него не снимут покровы, — заметил Люцифэ, в один миг оказываясь на ногах.
— Уж как-нибудь разберёмся. А с тобой Арион хочет поговорить лично, когда освободится. Так что я вполне обойдусь без вашего сопровождения.
Див направился к Дару, но Часовщик заступил наставнику дорогу.
— Никто в Городе не сможет снять наложенные мною покровы. Вы просто потратите время на бесполезное путешествие.
— Считаешь себя таким единственным и неповторимым? — недовольно поинтересовался Див.
— По моим сведениям, — необычайно сухо информировал в ответ Люцифэ, — я таковым и являюсь.
— Так жаждешь, чтобы тебе доказали, что ты всего лишь мелкий выскочка, возомнивший о себе невесть что?
