— Она только хозяйством занимается. Носит на рынок зелень, ягоды, абрикосы, яблоки. У них козы есть. Анжелка продает молоко, творог делает. Вяжет на продажу всякие шерстяные вещи. У нас многие женщины этим промышляют.
— Живут они как — душа в душу или бывают неполадки в пробирной палатке?
— Подробностей я не знаю. Но Анжелка часто ворчит, мол, Мустафа настоящий бай, по дому ничего не делает.
— Да? Может, жена придирается к нему? Я своими глазами сейчас видел, как он натирал морковку. — Тамара и Тавасиев расхохотались. — А что там еще нужно делать?
— Много. Дома все время приходится что-то делать.
— Ну например. На что, скажем, она жаловалась в последнее время?
— Да вот позавчера жаловалась. Я с работы ехала — ее встретила. Печка у них треснула, просила мастера ей найти.
— Вы это серьезно?
— Совершенно. А что тут особенного?
Турецкий немигающим взором уставился на девушку. Знающий его человек определил бы, что в глазах следователя промелькнули первые признаки охотничьего азарта.
— Тамара, вас сам Бог нам послал, — произнес он с затаенной улыбкой. — Кажется, у меня на примете есть печник.
— Александр Борисович, — засмеялся Тавасиев, — вы, наверное, тайком живете здесь очень давно.
За один день такого дефицитного мастера в нашем городе не найти.
— Отчасти я нашел его не здесь.
— А где же? В Москве? — поддержала шутливый тон конезаводчика Тамара.
— По пути сюда, скажем так. Но дело не в этом. Ситуация очень зыбкая. Может оказаться, что он просто переложит Печку, и все. Но акция может оказаться очень даже полезной. Тут требуется удачное совпадение многих факторов. Начнем, простите за каламбур, танцевать от печки. Аштреков должен быть завтра на работе. У вас, Тамара, какой режим?
— Два дня работаю, два — отдыхаю. Сегодня и завтра у меня выходные, в четверг на работу.
— Вторая удача. Теперь — сможете ли вы сегодня ненавязчиво поговорить с женой Мустафы Григорьевича насчет того, что вы, мол, выполнили ее просьбу и нашли печника? Стригся у вас какой-то парень, вы с ним случайно разговорились и нашли. Если бы вы могли сделать такое сообщение не при муже, было бы вообще идеально.
— Так я могу сейчас подойти к ней на рынок. Анжелка в это время всегда торгует возле автостанции.
— Это далеко отсюда?
— Три минуты езды, — сказал Тавасиев.
— Ну, Тамара? — Следователь вопросительно посмотрел на нее. — Сможете пожертвовать ради нас своим драгоценным временем?
— Пожалуйста.
— Тогда поехали. На рынок, шеф.
Только вы дорогу подскажите, — отшутился конезаводчик, — а то я не местный.
По пути Турецкий объяснил девушке азы конспирации:
— Сделайте вид, что вы бродите по рынку и наткнулись на Анжелу случайно, а не пришли специально ради нее. Кстати, у вас при себе нет никакой сумки. В чем же вы понесете фрукты-овощи?
Тавасиев достал из бардачка пестрый полиэтиленовый пакет и протянул Тамаре:
— Держи в руках. Будто пришла за покупками.
— Складывается впечатление, что у вас и денег при себе нет, — продолжал ликбез Турецкий.
Не успел сказать, как Тавасиев протянул Тамаре сторублевку. Александр Борисович выудил из бумажника такую же купюру.
— Спрячьте ваши деньги в кошелек, — попросил его Руслан Сосланбекович. — У нас свои расчеты, я как постоянный клиент могу открыть кредит.
— А я хочу побаловать девушку, — отозвался москвич. — Вдруг соблазнится каким-нибудь лакомством.
— Ой, да ничего я не буду покупать. Я верну вам деньги.
— Тогда тем более берите, — хохотнул Турецкий и тут же посерьезнел: — Если Аштрекова спросит, где познакомились с мастером, скажете, что он у вас стригся.
— Вы его знаете? Он не лысый?
— Нет. Молодой парень, теоретически вполне способен посетить ваш салон.
В ожидании возвращения Тамары следователь объяснял своему новому знакомому:
— Понимаю, со стороны это выглядит немножко по-ребячески — просить первых встречных людей о помощи. Но я с советских времен привык к тому, что народ и органы едины, как тогда писала пресса. Поэтому часто пользуюсь таким приемом. И вы знаете, сплошь и рядом выручает. Иногда любители выполняют задание лучше наемных работников.
Когда Тамара вернулась, вид у нее был донельзя довольный. Турецкий сказал:
— Чует мое сердце, вы с блеском довели порученное дело до конца.
— Да, договорилась, что мы зайдем к ним завтра утром. Она ничего не спрашивала. Я сама сказала, что случайно познакомилась с печником, когда он у меня стригся. Только, Александр Борисович, если окажется, что он сильно заросший, придется его и вправду постричь. Иначе Анжелка заподозрит обман.
— Ну, Тамарочка, — Турецкий восхищенно развел руками, — с вами в разведку я бы пошел. Вы прирожденный следователь. У вас просто талант. Даже я не предусмотрел такой важной детали.
— Я ведь не познакомлю лишь бы с кем, — улыбнулся Тавасиев.
— Только кто же вас будет стричь, Руслан Сосланбекович, если я уйду в следователи?
