Или старший мастер Беркутов. Спец - технарь высшей гильдии и равно такой же виртуоз в спорах и дискуссиях. Крупный, русый, с орлиным носом, Валерий Николаевич производил впечатление агронома колхоза "Кривое дышло", который в поле обязательно жрёт колоски с руки, а на гулянках терзает гармошку. Но не тут - то было! Острый аналитический ум в сочетании с моментальной оценкой ситуации не раз ставил в тупик матёрых демагогов всех мастей.
Во время очередных курсов повышения квалификации, проходивших по стандартному плану, в их поток заявился какой - то важный мерин из областной администрации с целью доведения до педагогических работников основных положений антикризисных мер, разработанных правительственными гениями. Мерином предполагалось, что весь его обстоятельный, важный и насыщенный цифрами доклад сеятели доброго и вечного непременно понесут в, не до конца сознательные, массы. Агитатор - просветитель явился уже к самому концу занятий и отнял у проф.тех. электората лишние два часа, которые должны были быть посвящены ежевечернему пиву и картам. Закончил он словами:
- ... поэтому, как сказал наш президент, выходить из кризиса будем, используя исключительно рыночные механизмы! - и на свою беду добавил: - Вопросы есть?
- Есть, - неспешно поднялся со своего места Валера. - Представьте, что вы, уважаемый, директор свинофермы.
- С трудом, но представил. - предчувствуя скорую победу в словесном поединке, бодро ответил лектор.
- Так вот, - продолжил Валера. - Допустим, завтра в ночь на вашей ферме ожидается одновременный опорос ста свиноматок. Как вы поступите? Оставите всё как есть в общем загоне, предоставив право выжить сильнейшим, иначе говоря, создадите конкуренцию? Или загоните в свинарник табун плотников и экстренно начнёте колотить загородки и рассаживать рожениц по ним?
- Плотников! Непременно плотников! - заключил озадаченный вопросом лектор.
- Тогда почему же вы, уважаемый, во время кризиса свинарник переводите на ручное управление, а целую страну, при аналогичных неприятностях, оставляете в общем загоне?
Через неделю по служебной почте директору Зеленообского профессионального лицея из областной администрации пришло гневное письмо о недостойном высокого звания российского учителя поведении старшего мастера Беркутова Валерия Николаевича.
- Здорово, Стас! - подошли ребята - мастера производственного обучения. Это их крепкое слово, железный кулак и реальный профессионализм ещё как - то способны удержать ПТУшную аморфно - анархическую биомассу в относительном порядке.
- Здорово, пацаны! Что нового?
- Нового тут не дождёшься, старое бы не отобрали.
- Подхалтурить удаётся?
- Помаленьку. Эх, свой бы цех - можно было бы развернуться, а так - слёзы.
- А у меня и слёз - то пока нет, одни идеи. Кстати, братва, у кого есть номер Карпыча. Консультация нужна. Как раз столярку раскачивать собираюсь.
- Без проблем, списывай номер. Карпыч реальный спец. Лучше него в городе, наверное, никого нет и, думаю, уже не будет. Ну, бывай!
- Счастливо, хлопцы!
Бухгалтерия встретила Станислава, как и полагалось, равнодушно - спокойно. Щуря близорукие глаза, прикольно увеличенные через толстые линзы очков, бухгалтер по расчётам сунула ему ведомость, дождалась подписи и кивком указала на кассу, где должна была состояться финальная часть процедуры увольнения. Денег дали, конечно, меньше, чем Стас рассчитывал, объяснять ничего не пытались, да он и не требовал. В кармане затренькал мобильник. Директор автосервиса, Никита Ильич, интересовался физическим состоянием Станислава, слегка намекая на очередь желающих подвариться. При этом, очереди желающих их подварить, видимо, не было. Стас наврал ему с три короба о сотрясении мозга, постельном режиме, присовокупив ещё и замечание о своих незапланированных тратах на лечение при такой жуткой потере здоровья. Кручёный - верчёный шеф быстро сообразил о ненавязчивом вымогательстве и "развернул коней в крепость", дав обещание Стасу не тревожить его до окончания лечебных процедур.