Карпыч серьёзно и обстоятельно интересовался политикой, бросая все дела в угоду очередным дебатам или распрям. Поддерживал ли он нынешний курс или наоборот, никому не известно. Даже в дружеских попойках Карпыч, вспоминая толстую судьиху и свою "лоховскую" посадку, предпочитал на всякий случай держать язык за зубами. Наконец - то обратив внимание на Стаса, он встрепенулся, поздоровался и попросил секундочку обождать:
- Покомандую малёхо. А то без присмотра - сам понимаешь...
Широким, хозяйским размахом Александр Карпович отворил двери в бытовке и по - соколиному просканировал цех. Старое помещение со следами ещё социалистической краски было буквально забито циркулярками, рейсмусами, фугователями, шипорезками и прочими подданными Её Величества Деревообработки, находящимися на стационарном лечении. Красиво размалёванная в прессе модернизация ДОЗа нашла своё отражение и в цехе ремонта, пуска и наладки. Три стены содержали ярко - пластиковые плакаты, обратить внимание на которые обязан был каждый входящий, не говоря уж о работающих: "Безопасности труда - скажем мы серьёзно "Да!", "У любой конструкции - соблюдай инструкции!", "Штепсель выдерни, тогда, лишь берись за провода!". Четвёртую стену Карпыч увенчал, лично и с любовью изготовленным, и наиболее доступным пониманию цехового контингента, творением: "Чтоб на вал не накрутило - засучи рукав мудило!". При этом, на новые инструменты и прочее оснащение не выделено было ни копейки. Вокруг ремонтируемых станков копошились, на удивление трезвые, мужики не всегда славянской внешности.
- Рулон Обоев! Иди сюда! - зычно гаркнул Карпыч в цеховое пространство.
- Я - Руслан Абаев, бригадир, - подошёл невысокий и чернявенький парнишка.
- Какая, хрен, разница, - средний, невредимый палец Карпыча, как снайперское перекрестье нацелился в грудь рабочего. - Ты ножи на рейсмусе выставил?
- Не могу я линейками, бригадир. Слишком длинные ножи, - для верности слов парень показал руками длину непокорных ножей.
- Стеклом выставляй, как делал ещё твой дедушка Али - Баба.
- Мой дедушка - Алишер! - снова поправил парнишка неугомонного Карпыча, обиженный на бригадира за неуважение к генеалогическому древу. - Я же вам рассказывал про него.
- Какая, хрен, разница, - повторил Карпыч и вернулся в бытовку, захлопнув дверь поплотнее. Самодельным кипятильником бригадир Прутиков "замутил купца", разлил чаёк по стаканам и жестом пригласил Стаса присоединяться. Необходимо заметить, что чай являлся для Карпыча некой святыней, как для индийцев корова. Ещё с лагерных времён он освоил чайную церемонию не хуже знатного японца и добавлял в чай разнообразные, заботливо собранные и высушенные лично, местные травки, отчего обычная вода и заварка действительно становились напитком Богов.
- Вот теперь слушаю тебя, Станислав, - солидно произнёс Александр Карпович, уже вполне догадываясь, что разговор пойдёт не о бабах и "тачках", которые не имели для Карпыча никакого значения, а о доказательстве присутствия Бога на земле - деревообрабатывающих станках.
Станислав изложил Карпычу основные положения своей теории сотворения столярного бизнеса, попросив при этом помочь ему из идеи создать программу. И начать величайшее планирование требовалось с обзора необходимых в производстве, но дешёвых в изготовлении станков. Внимательно выслушав пламенное выступление будущего столярного олигарха, Александр Карпович цыкнул зубом, напустил на лицо важности и изрёк:
- Хорош бакланить. "Замута" - в тютельку. Толк будет, если только здраво вкупишь всё, что я сейчас скажу, - Карпыч прекрасно представлял себе все ямы и овраги частного столярного предприятия, где сборка самодельных станков была мелочью, типа Шарикова триппера, по сравнению с прочими нюансами продвижения деревообработки. Но разочаровывать или, не дай Бог, пугать Стаса не стал. Даже наоборот. Придав голосу избыточную бодрость, Александр Карпович подробно и обстоятельно изложил специфику, технические характеристики, необходимый арсенал и особенности самодельной сборки станков. А, самое главное, пообещал всемерную теоретическую и техническую поддержку. Вплоть до выезда на место реанимации, трансплантации и трансформации "беспонтового фуфла", превращаемого в ягодку. Мало того, Карпыч изящно изобразил на бумаге и сопроводил размерами чертежи простейшей циркулярки, фуганка, фрезера и долбёжника, да так, что любой мало - мальский сварщик, случись ему на досуге не бухать, а творить, смог бы за пару недель сварить, свинтить, скрутить, настроить и опробовать эти аппараты. Но и это ещё не всё!
- Рулон Обоев! - вновь рыкнул в дверной прём Карпыч. - Ходи сюда!
- Что желаете, мой повелитель? Блеск барханов и корень саксаула или... - парень по - своему возжелал поставить упрямого бригадира на путь исправления.
- Заткнись и слушай, - палец вновь виртуально дырявил ростовую мишень. - Отдашь Стасу списанные станины, валы, шкивы, ножи и прочую лабуду.