-Моя очередь. -сказал один из солдат. -Мы же все знаем, что выпить особенно хочется не в увольнении, когда можно, а именно на службе, когда нельзя. Пару лет назад в нашей части ребята решили, что "это самое" всегда должно быть под рукой. Во время увольнительной купили ящик бренди, слили все в шаровой резервуар для сжатого воздуха со списанной торпеды, резервуар зарыли в землю рядом с плацем. А торчащую наружу трубочку с насосиком замаскировали, надев на нее сухую березовую веточку. Подошел герой-белоармеец с бумажным стаканчиком, снял веточку, прижал пару раз насосик сапогом - получил живой водицы. Красота! Почти месяц исправно действовал автомат, регулярно подзаряжаемый ребятами. Пока наш сотник не обнаружил, что разметка на плацу стерлась. Выгнал наряд с краской, приказал подновить линии. А сам, ессес-но, стоял и руководил. Отступив на шаг, он наступил на присыпанную толчеными ракушками педальку насоса. Шипение он расслышал не сразу, а вот запах бренди почуял мгновенно. Пока стоял в радостном недоумении, тонкая струйка напитка брызгала ему в зад, пропитывая шинель. Пропитала. Он поворачивается и...
-Не водкой единой пьян человек! -веско заметил десятник. -Вот вам история трезвая, но поучительная. Школа унтер-офицеров, куда меня посылали перед тем, как звание присвоить, находилась на территории военно-морского училища ракетчиков. Путь нашей колонны слушателей в столовую пролегал мимо фасада училища. Слева от входа торчала бетонная скульптура знаменитого снайпера Гражданской войны, тамошнего уроженца. Её мы, будущие унтеры, из жалости именовали Вурдалак-С-Контрабасом. На самом деле какой-то местный ваятель (быть может, из тех же курсантов училища) попытался изобразить героя Войска Освобождения. Ружье героя оплывало прикладом на землю, и напоминало помянутый музыкальный инструмент. На голове Вурдалака красовалась плоская каска неизвестной армии несуществующей державы. Но это еще ничего, а вот выражение лица героя... Вообразите себе, братцы, что вы суток, эдак, трое патрулировали зимнее побережье. Вас не кормили, спать не давали. А теперь каждый пусть попытается представить выражение свой физиономии после того, как вы пришли в теплую казарму с чистой постелью, а рядом на столике гора еды. Да-да-да!!! выражение борьбы страстей (чего больше хочется - спать, или жрать?!) на тупой морде - вот описание этого изваяния. Так уж повелось, что, проходя мимо шедевра бетонолитейного искусства, все двести слушателей желали ему хором... Чего? Утром - доброго утра, вечером - приятных снов. Старший первого подразделения громко произносил: "Сладко спи", а все остальные, чеканя шаг, орали: "мурло бешеное ". И вот - последний день учебы. Петлицы десятников уже пришиты. Ужина не будет, разъезжаемся, кто куда. Местный курсант, будущий командир-ракетчик, драит шваброй ступени прямо у скульптуры. Мимо него рубит строевой шаг наша колонна. А у всех курсантов в училищах вырабатывают механический рефлекс. Если кто-то идет мимо строем и в ногу, они автоматически встают "смирно", делают "равнение на строй". Наш первокурсник вытягивается в струнку, берет швабру "на караул". И тут... Нет, искалечили мы, подлецы, парня. Не стать ему адмиралом... Он никогда не сможет принять парад - ему всегда будет чудиться этот возглас. Он будет конфузиться и сматывать удочки. Именно так он и сделал, когда услышал среди бела дня наше искреннее пожелание себе любимому: "Сладко спи, мурло бешеное". Ошибиться было нельзя - он был на плацу один.
Всеслав тихо фыркнул.
