А когда еще в 2006 году и до жены Радимова, Тани Булановой, фанаты «докопались», стало просто стыдно. Ее ни за что ни про что с трибуны грязно оскорбили хулиганы, делающие вид, что болеют за «Спартак». Мне звонил сам Влад, звонили взрослые авторитетные болельщики «Спартака» — все были в шоке. Все просили как-то по-взрослому, по-человечески отреагировать. Это был действительно перебор. Не надо кивать на какие-то Италии и говорить, что цель оправдывает средства. Глупости все это. Уж если на то пошло, вклад тогдашнего футболиста Радимова был не настолько велик, чтобы столь мерзким способом пытаться, выведя его из себя, помочь своей команде.
Мы отреагировали. Если извинение на сайте хоть сколько-нибудь успокоило Татьяну, значит, все было не зря. Я же от нашего хулиганья (в Интернете и с трибун) получил за это по первое число; акции мои в их среде упали еще ниже. Но поступить иначе совесть не позволяла.
За год работы Первак, к сожалению, не раз был замечен на людях не совсем трезвым, в том числе и третьими лицами, на выездах, откуда слухи доносились с поразительной быстротой. Своих людей на местах у нефтяной империи хватало, а пьянство в «Лукойле» не любят. И скоро выяснилось, что, несмотря на все успехи в селекции, дни Юрия Михайловича в «Спартаке» сочтены. Не хватало последнего удара. Им, наверное, стал наш с Евгением Смоленцевым приход к Федуну с жалобами на «чисто конкретный подход Первака к решению вопросов». Леонид Арнольдович без удовольствия выслушал нытье технического директора по этому поводу. Затем Жека подключил к атаке меня, сказав шефу, что и меня так же прессуют.
— Было? — спросил шеф.
— Было, — ответил я.
До чего же стыдно ощущать себя спустя время пешкой в руках великого комбинатора. Вот так придумаешь себе какой-то пафос — и борешься за него. Даже до интриги в борьбе опуститься можно. На пару дней в году. И то потом сам не свой. А Смоленцева напряженная работа интриганской мысли, видимо, ни на час не отпускает. И так годы напролет! Бедолага…
Прошло немного времени, и Совет директоров принял решение о смещении Первака с поста Генерального директора.
Жена моя — мало того, что красавица, так еще и провидица. «Смотри, — сказала, — как бы Первак не оказался для «Спартака» белой полосой».
Что инкриминировалось Юрию Перваку? Да всякий вздор, вроде промежуточной посадки чартера с командой в Челябинске по пути из Томска. Михалыч в полете вдруг вспомнил, что у него дома (в Челябинске) дела. И сказал экипажу, что ему надо сойти — вон у того аэровокзала… Связались с аэропортом, оплатили полосу, и — пожалуйста. Может, конечно, и раньше связались, не суть, но все узнали об этом в воздухе, и почему-то это многих задело. Мы, дескать, так устали, а тут… Что «тут»? Нормальный аэропорт. Ну, присели на пару часиков, воздухом подышали. Сфотографировались прямо на летном поле. Обычно ведь нельзя. Ничего страшного. Только комары там больно лютые. Даже самолет атаковали, кровососы уральские.
В общем, летом 2005-го окончательно сложилось впечатление, что прошлогодний кризис в целом преодолен. и. стало быть, мавр сделал свое дело. Со всеми вытекающими для мавров последствиями. И все эти наши с Женей телодвижения были не так уж и важны.
В последний раз мы общались с Перваком по телефону в день завоевания серебряных медалей чемпионата России 2005 года. Я только что приехал со стадиона, где творилось что-то невероятное. Выслушал по телефону несколько благодарностей по поводу баннера «Спасибо! Вы — лучшие!», адресованного болельщикам, а потом позвонил Михалычу и сказал, что в этом успехе и его огромная заслуга. Правда, не удержался и добавил, что его проблема — в кадровой неразборчивости. Так и сказал: «Рогозин — это не актив, Михалыч». Это я так со своей стороны проанализировал. Первак сдержанно поблагодарил (за поздравление) и, похоже, запомнил этот звонок.
Годом позже в одном из интервью он скажет, что звонили из клуба и поздравляли с серебром. «Звонят — значит уважают. Хотя сегодня в клубе полный бардак». Таков краткий конспект всех интервью Юрия Михайловича о «Спартаке» после отставки. Теперь-то, после и моей отставки, понятно, что он прав. Бардак. А если серьезно, то Первак свое не доработал. Не я один уверен, что золотые медали от Михалыча в эти годы никуда не делись бы. В футболе ведь тоже есть негласное: «гуляй, пей — но дело разумей». Так вот, у Михалыча дело разумелось. И он отнюдь не кризисный менеджер. Он антикризисный. Кризисный — это даже не Шавло, который тут вообще ни при чем. Это Евгений Смоленцев. За какими бы служебными вывесками он ни прятался. А вот Первака, похоже, стоило бы призывать в «Спартак» на каждый високосный год. Для поправки курса и дозаправки в воздухе. Пусть даже и с посадками в Челябинске.
Жека — журналист. Он и сам не упускал случая напомнить об этом, мягко намекая на то, что ему легче разбираться со своими бывшими коллегами, особенно со «звездными» проявлениями «видного писателя современности».
