— Хаэй! — дверная плита лязгнула, и Хальконег заглянул в пещеру. Едва окинув её взглядом, он быстро подошёл к Кессе. С тихими щелчками упали браслеты, снова запахло неведомо чьим жиром, и «колдунья» кое-как, мотая головой и жмурясь на свет, села на лежаке. Она посмотрела на руки, ожидая увидеть багровые пятна и пузыри, но кожа даже не порозовела. В голове гудело, во рту пересохло, жар и холод сменяли друг друга в крови.
— Выпей и посиди на месте, — Хальконег дал ей чашку с водой. — Результат, как я вижу, неплох.
— Результат? — Кесса изумлённо мигнула. — Но я ничего не…
— Опыт, — Хальконег постучал пальцем по кожистой складке над глазом. — Камни справились.
— Ал-лииши! — Кесса вскинула руку и даже не успела донести её до чашки. Поток воды выплеснулся из сосуда и повис над её пальцами, сверкая и переливаясь отражённым светом. И тут же раскалённая игла вошла под лопатку, и Кесса согнулась пополам, выронив и чашку, и водяной шар. Хальконег покачал головой и подобрал сосуд с пола.
— Как всегда, — пожал он плечами. — Знорки себя ведут так же, как юнцы из Пещер. Что же, это следует записать…
Вручив Кессе наполненную чашку, он вышел.
…Водяной шар висел посреди зала, распухая на глазах, он клокотал и выплёвывал брызги, но поступающая неведомо откуда влага всё наполняла и наполняла его, пока он не стал больше Кессы. Она осторожно подняла руки — вслед за ними поплыл и водяной сгусток, медленно-медленно, пока не наткнулся на край бочки и не пролился внутрь.
— Хм-хм, — Хальконег-отборщик неопределённо пошевелил пальцами. — На мой взгляд, сносно. А ты, Сиарнон, что можешь сказать?
— Это вода, — Кутт зачерпнул из бочки и понюхал жидкость, потом осторожно лизнул. — Вкусная вода. Как из родника. Мастер! А меня так научишь?
— Не твои наклонности, — отмахнулся Хальконег. — Ну а тебе, знорка, пора отдохнуть. Молодые маги часто переутруждаются. Три-четыре простых заклятия в день — вот твой предел… до конца месяца, по крайней мере.
— Ага, — кивнула Кесса, потирая локоть. Жжение ещё ощущалось — глубоко под кожей, в костях. «Вот оно какое — пробуждение магии…»
— И так можно сделать мага из любого человека? — спросила она, дрожа от волнения. — Из каждого жителя Реки?
— Хэ-э, хэ-э! — нахмурился Хальконег. — О таких делах речи не было. Я обещанное выполнил, вы со мной расплатились, теперь идите своей дорогой. И не надо меня ни во что втягивать! А то стражу позову.
Он отступил на шаг и завёл руки за спину, как будто потянулся за оружием.
— Прости, мастер, я говорила не в обиду тебе! — поспешно заверила Кесса и сама попятилась. — Но если бы ты согласился — вся Река была бы тебе благодарна, и в легендах…
— Этого ещё не хватало, — скривился хеск. — Уходите!
Светящаяся арка, выпустив Кессу и Сиарнона, тут же погасла, и пролом слился со стеной. Новоиспечённая колдунья ткнула в него пальцем, но наткнулась на шершавый холодный камень. Никакой двери тут не было.
— Да, Чёрная Речница, умеешь ты пугать жителей, — криво усмехнулся Кутт, показав все клыки. — Твоих соратников тут нет… были бы — весь Халкес только о них и говорил бы. Если уж от твоего появления сплетни взвились, как пчелиный рой…
— Мне жаль, что так скверно всё получилось, — Кесса виновато покосилась на дверь. — Тебе и Хуртсе не будут вредить из-за этого?
— Да кто будет вредить-то?! — удивлённо фыркнул хеск. — Ты никому плохого не сделала. А за слова, даже за странные, у нас не бьют. Ну да ладно, то уже не мои заботы. Желаемое ты получила, и мы в расчёте. Куда теперь пойдёшь?
Кесса уткнулась взглядом в стену и задумалась. Где-то совсем рядом бурлила вода — реки текли над её головой, и сосредоточиться было непросто.
— Вниз, — ответила она наконец и растерянно взглянула на Сиарнона. — Вот только я не знаю дороги…
— Лаканха!
Водяная взвесь прохладным облаком окутала пальцы. Прозрачный шар, растянувшись в полёте, врезался в стену и разбился, обильно окропив кочку с бесцветной травой. Кесса подула на руку — кончики пальцев ощутимо горели, смена холода и жара отдавалась в костях болью.
— Пусть вам хватит этой воды до следующих дождей, — прошептала она, протянув руку к жёстким белесым листьям. «Интересно, бывают ли тут дожди?» — Кесса покосилась на каменный свод, слегка подсвеченный багрянцем. Между ним и её макушкой было двадцать, а то и тридцать локтей высоты, и всё же здесь было мало места для дождевых туч. «Откуда эти травы берут воду?»
Кесса потрогала землю у корней. Из слежавшейся, каменно-твёрдой почвы торчали обломки сосновых игл и чешуи шишек, от неё пахло древесной трухой. Кесса удивлённо мигнула, припоминая грибные сады над ущельями Халкеса и мешки лесного перегноя, которые Хуртса притащил к себе домой. «Ну и дела! Даже придорожная трава не растёт тут без помощи,» — Кесса вздохнула и поправила растрепавшиеся листья. Из-под них сверкнули чьи-то глаза, и плоскотелая ящерка выскользнула из-под кочки и взбежала вверх по стене, ускользая в расщелину. На её спине покачивались полупрозрачные иглы, похожие на листья пещерных трав.