—Я знаю. Я не об этом. Господи, только не думай, что я из тех назойливых дамочек, которые требуют от мужчины внимания ежедневно, ежечасно, ежеминутно! Меня расстроило второе сообщение. После твоего. Насчет моего членства в клубе, которое я будто бы аннулировала, и письма, полного претензий, грубых замечаний и так далее. Чего, разумеется, я не делала.
—Кларк.
—Несомненно. Это было легко исправить... Нет. — Роз покачала головой. — Правду так правду. Я исправила, но была зла, раздражена. И выбита из колеи. В ярости я чуть не выскочила из дома, чтобы броситься на него, но Хейли — с ребенком на руках — меня остановила, за что я ей благодарна. Не знаю, что бы я натворила, с моим-то характером...
—Не пожалел бы никаких денег, чтобы купить билет на это шоу.
—Скорее всего, я — самое малое — оказалась бы в тюрьме за нападение. Я так орала, что до слез перепугала ребенка. Я употребляла при Лили бранные слова.
—Ну, поскольку малышке еще нет и года, вряд ли это произвело на нее сильное впечатление.
—Неважно. Я совершенно обезумела от ярости. Потом-то я пришла в себя, но еще кипела и не хотела встречаться с тобой в таком состоянии. Кроме того, я должна была увидеться с адвокатом, нанести визит вежливости в клуб. Все исправить, загладить обиды.
—Если что-то подобное случится снова, я хотел бы быть рядом.
—Я в ярости страшна.
—Даже не сомневаюсь.
Роз опустилась в кресло.
—Роз, тебе следует обратиться в полицию.
—Уже. Еще одна неловкая ситуация. Только не говори, что мне нечего стыдиться! Если я испытываю неловкость, значит, так оно и есть. Разумеется, они мало что могут сделать, но я задокументировала все, что знаю о случившемся. Когда — и если! — докажут, что за этим стоит Брайс Кларк, его обвинят в мошенничестве и, возможно, в преследовании и домогательствах. Если мне выпадет шанс подпалить его задницу, будь уверен, Митч, я это сделаю.
Митчелл подошел к ней, присел на корточки и поднял голову.
—Я бы с удовольствием чиркнул для тебя спичкой.
Роз погладила его щеку.
—Я не отталкивала тебя. Я думала о тебе, хотела найти тебя и узнать, сможешь ли ты провести со мной вечер. Прямо перед тем, как вошла в тот отвратительный кошмар наяву.
—Так уж совпало, что я тоже думал о тебе и хотел провести с тобой вечер. Может, куда-нибудь съездим на пару часов?
—Нет. Правда, не стоит.
—Тогда останемся дома.
—Я хотела кое о чем тебя спросить.
—Спрашивай.
—Приближается ежегодный весенний бал в клубе. Официальный обед и танцы. Несмотря на все, что творится с нами, я планировала поехать. Мне не нравилась мысль о разговорах и сплетнях, которые непременно начнутся, если я покажусь с тобой... Но к черту! Я хотела бы, чтобы ты меня сопровождал.
—Официальный обед? В смысле, в смокинге?
—Боюсь, что так.
—Я выдержу. У нас снова все хорошо?
—Кажется, да.
—Хочешь отдохнуть?
—Нет. — Роз нагнулась и расцеловала его в щеки. — Я хочу долго-долго валяться в горячей ванне. И не отказалась бы от компании.
—Потрясающее приглашение, — Митчелл вскочил, притянул ее к себе. — Принимается. И это может оказаться идеальным местом для отчета о моем посещении Кларисс Харпер.
—Кузины Рисси? Я обязательно должна это услышать.
Розалинд чуть не мурлыкала от удовольствия, сидя в глубокой старинной ванне, наполненной горячей, с ароматной пеной водой, и прижимаясь спиной к груди Митча.
Рабочий день еще не закончился, а она нежится в ванне с мужчиной под музыку и при свечах!
—Кларисс с каждым прожитым годом становится все более язвительной и тощей, — заметила Роз, выслушав отчет Митча. — Клянусь, если она когда-нибудь умрет, а я совсем не уверена, что кузина Рисси согласится на этот исход, ей даже гроб не понадобится.
—Могу удостоверить, она столь же хорошего мнения о тебе.
—Она ненавидит меня по многим причинам, но главная в том, что хозяйка этого дома я, а не она.
—Я тоже так думаю.
—Она лгала, когда говорила, что никогда не видела и не чувствовала Амелию. Я слышала, как они с бабушкой говорили о ней. Кларисс терпеть не может всякий вздор, куда относит и привидения. И у нее очень выборочная и удобная память.
—Не вздор. Чушь. Кларисс сказала «чушь».
Откинув голову на его грудь, Роз расхохоталась и хохотала, пока не начала задыхаться.
—О! Точно в ее духе! Я буквально слышу ее голос. Пусть называет как угодно, но она лжет. И я прекрасно знаю, что у кузины Рисси должны быть письма, может быть, даже дневники и множество фотографий. Все это она утащила из дома, когда умер мой отец. Кларисс, конечно, станет отпираться, но я знаю, что она не брезговала мелкими кражами. Я схватила ее за руку, когда она тащила пару подсвечников из гостиной, а папа еще лежал в доме. Злобная старая крыса! Мы тогда здорово сцепились.
—И вряд ли она ушла с подсвечниками.
—Во всяком случае, не в тот раз. Мне плевать на эти подсвечники — безобразные штуковины, между прочим, но отца еще даже не похоронили. До сих пор не могу вспоминать об этом спокойно! Она заявила, что подарила их папе, чего уж точно быть не могло, и сейчас взяла подсвечники из сентиментальности. Ложь! Во всем ее высушенном тельце нет ни одной сентиментальной клетки!
