— Вы хотите ещё что-нибудь заказать?
— Скажи, а «волк по-прежнему воет на луну?»
Томас и Билл были удивлены такому странному паролю, или кодовой фразе. Робот же продолжала глядеть на Джона, при этом её зрачки, если внимательно присмотреться, очень быстро крутились в глазах. Словно она что-то анализировала. После нескольких таких секунд, девушка-робот приятно улыбнулась.
— Да, вам повезло. Сейчас этот человек здесь. Я сообщу ему о том, что вы спрашивали.
Произнеся это, робот подлетел над полом и быстро отправился в другую сторону клуба. Джон облегчённо выдохнул, поняв, что некоторые вещи остались здесь неизменными.
— А разве это не опасно появляться вам вот так? Тут ведь могут находиться опасные люди, с которыми вы могли сталкиваться по работе, — Билл явно переживал, находясь здесь.
— Вероятность мала. Я слишком изменился за последнее время внешне, что мало кто сможет вот так быстро в такой толпе и при таком освещении опознать меня.
— Что верно, то верно. Я очень даже засомневался, когда увидел тебя издалека, — сказал неожиданно мужской голос за спиной Томаса и Билла, отчего те подпрыгнули на месте.
Мужчина, не церемонясь, взял стул с соседнего столика и сел рядом с Джоном. Они пожали друг другу руки. Полноватый, с идеально лысой головой, отчего свет ламп и прожекторов ярко отсвечивал от неё. Его шикарные длинные усы и притягательная улыбка буквально завораживали. Уже глядя на него, чувствовалось, что человек он общительный.
— Сколько лет, Джон. Как ты изменился. Совсем выглядишь потасканным. Я и не думал, что смогу тебя увидеть снова тут.
— Давненько мы не виделись. Может я соскучился.
— Ну, мне то не надо врать. Явно что-то по делу. Сигарету?
Оба одновременно закурили, полностью расслабившись. Чувствовалось, что они давно знакомы и хорошо, при этом Джон всё равно держал некую дистанцию.
— Может представишь меня своим новым друзьям? — спросил мужчина.
— Это мои стажёры по работе. А это мой хороший знакомый, Майкл. Специалист широкого профиля.
— Хахаха, первый раз слышу, чтобы меня так представляли, — мужчина рассмеялся. — Ладно, раз они такие же как ты, то явно не стоит им знать, чем я занимаюсь. Скажем так, я иногда помогаю хорошим советом вашему наставнику.
— Как там у тебя ситуация на твоей работе, да и вообще со всем связанным?
— В целом неплохо. Стало конечно тяжелее сейчас проводить дела, но клиентура присутствует. Если ты про какие-нибудь наркотики, то я чист. Теперь лишь легальный бизнес.
— Это хорошо, что ты встал на путь исправления. А я вот к тебе, как раз по вопросу, касающемуся тематики, в которой ты спец. Ты же у нас будто ходячая энциклопедия по наркотикам, — Джон усмехнулся.
— Ну давай уже выкладывай, не томи. Надеюсь, что-то стоящее, иначе, зачем ты меня позвал.
— Я хотел узнать у тебя о наркотике «Чёрная роза».
Сначала наступила пауза, и удивлённые глаза Майкла смотрели на Джона. А потом он засмеялся.
— Серьёзно? Ради этого ты пришёл сюда. Явно рискуя. Я удивлён. Это же настолько никчёмный и бесполезный наркотик, про который уже никто и не помнит. Пару месяцев побыл на рынке и исчез за ненадобностью. Неужели ты думаешь, что он связан с этими убийствами?
— А, вы в курсе этого? — удивился Билл.
— Ой, парень, сразу видно, что мажор глупенький ты. Естественно я в курсе. Даже больше скажу: все крупные игроки в курсе, мафиози в курсе, крупные политики в курсе. Такие вещи попадают к нам очень быстро. Это вы там, в вашем солнечном Нью-сити ничего не ведаете. А в наших низах всё всем известно.
— Давай без этих своих. Что знаешь об этом наркотике? Кратно и по делу, — Джон был очень серьёзен в отличии от своего собеседника.
— Тут особо говорить нечего. Наркотик лёгкого типа, который вызывал краткосрочную эйфорию и небольшое головокружение. Употреблялся в виде чёрного порошка. Сразу взлетел в топы, но также быстро и упал. Он был слабым, но при этом недешёвым. Чаще его употребляли молодые девушки из-за интересного запаха клубники. Месяца три или четыре им ещё торговали, а потом он никому не стал нужен. Так больше и не появился. Года три назад это было вроде. Реально, ничего интересного по этой теме нет. Он в городе то никому интересен не стал, поэтому прошёлся по периферии.
— Слушай, а про место, где его готовили, знаешь что-нибудь?
