— Да, молодой лорд. Она скакала, чтобы Лю Чунг сходил к вам. — Он напустил на себя еще больше таинственности. — Другие люди помогут в Мараге. Все уже готово. Лю Чунг и благородные лорды получат много денег.
— Никакой платы! — резко возразил Уолтер. Они не могли оставить женщину в беде, но молодой человек прекрасно понимал, что события могут помешать его собственным планам и представляют для них страшную опасность. Несмотря на это, он заметил: — Мой друг и я окажем помощь. Ответь, что мы должны делать?
Лю Чунг ухмыльнулся:
— Хорошо. Я все передам девушке. Пока больше ничего не стану говорить.
Уолтер возмутился:
— Как мы можем помочь, если нам ничего не известно?
— Ждите и верьте недостойному Лю Чунгу. — Великан поклонился и направился к выходу, но вдруг остановился и протянул к ним руку. — Мы завтра будем в городишке, и там есть рынок рабов. Лю Чунг купит второго мальчишку для благородных лордов. — Он пошевелил пальцами. — Антемус за него заплатит. Но, может, благородные лорды…
Молодые люди поняли его жест, и Уолтер стал недовольно рыться в кошельке, прикрепленном к поясу. Он вытащил золотой динар и неохотно опустил его в жадную ладонь.
— Хорошо! — выдохнул Лю Чунг. — Помните: молчание! Когда он ушел, Трис спросил:
— Что хотел этот разбойник?
— Давай пройдемся и поговорим на улице.
Они вышли под темное ночное небо. Недавно прошла буря, и песок был весь испещрен желобками, словно на нем небесными иглами был нанесен удивительный узор.
— Нам выпал шанс, которого мы ждали, — сказал Уолтер. Он медленно шел, хлопая себя по телу руками, чтобы согреться. Он подробно передал разговор с Лю Чунгом. — Я не уверен, что эта птичка, устилающая гнездышко перьями, не лживый предатель. Откуда нам знать, что он не получил денег от противной стороны и не расскажет все Антемусу?
— Придется рискнуть, — заявил Тристрам. — Клянусь Богом, я не побоюсь этого!
— Не очень приятно погибать медленной смертью. Они отрубают по суставу каждый день, начиная с пальцев. Обычно проходит неделя, прежде чем человек истечет кровью. — Уолтер содрогнулся, но потом взял себя в руки и улыбнулся другу: — Но я с тобой согласен. Мы должны ей помочь!
Тристрам задумчиво протянул:
— Когда она отсюда уедет, мы не будем с ней. Но вопрос в том, сможем ли мы оставаться после этого в караване?
Уолтер тоже об этом думал и пытался рассчитать, хватит ли золота, спрятанного за поясом, если придется добираться в Китай одним.
— Трис, я не уверен, что мы сами сможем достичь Китая. Для нас есть только один путь. Если нам удастся сохранить шкуры, то придется покинуть караван. Ты должен вернуться домой. Для этого у нас еще есть деньги. Я тебя втравил в это дело и теперь настаиваю, чтобы ты возвращался. Что касается меня, я отправлюсь на юг и попытаюсь доплыть до Китая морем.
Тристрам засмеялся:
— Ты думаешь, я тебя брошу? Нет, Уолтер, мы будем продолжать путешествие вдвоем. По морю мы тоже можем добираться вдвоем.
— Но нам нужно расстаться, — продолжал настаивать Уолтер. — Восток в моей крови! Я должен попасть в эту удивительную страну, или мне никогда не видать покоя. Но тебя втягивать в это дело совершенно незачем.
— Мы бы сюда не попали, если бы ко всему подходили с точки зрения здравого смысла. Я больше ничего не желаю слышать. Мы продолжим путь вместе.
Они зашагали молча, потом Уолтер воскликнул:
— Ну ты и идиот! Хорошо. Все решено. Остаемся вместе, мой упрямый осел. Мне повезло, что у меня такой друг!
Небесный Пешеход, как они начали называть луну, проведя столько времени в компании кочевников, уже был высоко в небе, когда они после прогулки вернулись в палатку. Махмуд заканчивал дневные дела и дочиста вытирал котелок пучком волос из лошадиного хвоста, тихонько мурлыча свою единственную песню. Он сказал англичанам, что она называется «Я ехал на верблюде с бородой Пророка».
Мальчишка радостно приветствовал своих хозяев:
— Добрые господа, вы припозднились.
Вспомнив об обещании, данном Лю Чунгом, Уолтер сказал:
— Махмуд очень много работает. Мы купим второго мальчишку ему в помощь.
— Нет второго мальчишку! — Мальчик был обеспокоен и возмущен. — Вам нужен только один мальчик — Махмуд ибн-Ассулт! Другие мальчишки — плохие. — Он все сильнее злился и провел пальцем от уха о уха: — Второй мальчишка придет — я перережу ему горло!
— Хорошо, мы подумаем. Доброй ночи, Махмуд.
Тристрам заснул, едва успев растянуться на ложе из ароматных веток. Уолтер никак не засыпал и пытался обдумать все трудности, маячившие у них впереди. Махмуд тоже не спал. Уолтер слышал, как он крутился на подстилке за занавеской, отгораживающей часть палатки.
— Массер не спит?
— Нет, Махмуд.
— Пожалуйста, массер, — горестно сказал мальчишка, — Махмуд любит работать. Махмуд любит добрых хозяев. Пожалуйста, не нужно другого мальчишку!
Небо было холодным и серым в свете медного закатного солнца. Северный ветер резал лица и руки, словно острым ножом. Но население лагеря позабыло обо всех неудобствах. Два самца верблюда отвязались и начали свирепое сражение, которое собравшиеся вокруг зрители приветствовали громкими криками.
