Ресторан «Халиф» оказался на редкость красивым зданием, построенном в фантастическом стиле, – что-то мавританское, – фигурные арки, резные балкончики, выложенные мозаикой мраморные полы. Низенькие столики были все сдвинуты в одну сторону зала, посреди которого журчал чудесный фонтан.
Непонятно, почему вдруг хозяева решили продать такое чудо за совершенно бросовую цену? Сиуру были понятны колебания и недоверие Татьяны. Сделка уж слишком выгодная, – тем и странная! Долги долгами, но такое отличное экзотическое помещение можно продать куда дороже.
Перед поездкой он наводил справки. Здание «Халифа» перестраивалось совсем недавно. Сроки поджимали, и подрядчики заканчивали отделочные работы практически на ходу, когда кухня была готова и нижний зал уже открыт и работал. Предыдущая продажа старого здания тоже производилась в лихорадочной спешке. Словом, неоправданная на первый взгляд торопливость сопровождала все сделки и работы, связанные с помещением «Халифа». Ничего особенного в этом нет. Здания, корабли и города, как и люди, имеют свои судьбы. Иногда как не заладится с самого начала, так и идет…
Если бы не предостережения Тины, он бы особо об этом не задумывался. Ее странное поведение повиляло на него, заставило быть предельно собранным и внимательным.
– Никуда не отходите от меня! – не терпящим возражения тоном предупредил он Татьяну. – Будьте вся время рядом!
Так они и ходили по зданию, под изумленными взглядами хозяев «Халифа» и бардинских охранников, – как два сиамских близнеца.
Ресторан уже месяц как не работал, но в нем все еще витали изысканные ароматы восточных яств, – перец и корица, шафран, кориандр, мята, кинза и прочее, – чуждые европейскому обонянию, но от этого еще более привлекательные. Неистребимый запах жареного и свежемолотого кофе перебивал все остальные, заставляя Сиура вспоминать старые турецкие кофейни, в которых он любил бывать. Когда он на две недели поехал в Турцию, отдохнуть, то словно попал в жаркие, головокружительные объятия востока… Пестрые и шумные базары, женщины, укутанные в яркие блестящие наряды, иглы минаретов[39] на выцветшем от зноя небе и звучные завывания муллы[40] в ближайшей мечети[41] будили странные ощущения лени, расслабленности и неги, пропитанные сладким морским воздухом.
Слабые подземные толчки, предвестники землетрясения, были очень хорошо знакомы Сиуру, который годы провел в горной местности. Все они, – солдаты, проводники и командиры, – выработали на всю жизнь то особое, ни с чем не сравнимое чутье к едва заметным колебаниям земной тверди, похожим скорее на вздохи земли перед тем, как она начнет рушить и сбрасывать все подряд со своей груди…
Он оглянулся, в недоумении. Неужели, он так увлекся воспоминаниями, что наяву чувствует воображаемое? Откуда в Москве подземные толчки?
Сиур незаметно наблюдал за окружающими людьми, – все они вели себя, как ни в чем не бывало. Значит, ему показалось!
Не успел он вздохнуть с облегчением, как новая волна колебаний прокатилась под его ногами. Что за черт?! Он посмотрел на Татьяну, – она сосредоточенно слушала, что говорили продавцы, двое холеных, импозантных мужчин в дорогих костюмах. Ничего, кроме внимания и сдерживаемого волнения от предстоящей сделки, на ее лице не отразилось.
Прекрасное помещение ресторана «Халиф», все в кружевах витых столбиков, арок и ажурных перекрытий вдруг вызвало у Сиура резкое, до тошноты, дикое и первобытно сильное ощущение смертельной опасности. Его взгляд метнулся по залу вдоль и поперек, не заметив ничего подозрительного. Он сильнее сжал локоть Татьяны, и она недовольно поморщилась. Желание бежать отсюда немедленно, несмотря ни на что, наплевав на все приличия, удушливой лавиной подкатило к горлу.
Инстинкт заставил Сиура найти глазами выход из зала. Пройти к двери можно было только через массивную арку, украшенную мозаичным растительным орнаментом, под которой на мраморном полу было выложено изображение…звезды! Он готов был поклясться, что это самая настоящая звезда, с лучами одинаковой длины, заключенная в круг, по-арабски замысловатая, покрытая завитушками и инкрустированная позолоченными пластинками, прекрасная, как далекий отблеск легендарных дворцов ассирийских владык или роскошных чертогов царицы Савской.
«Спасение в звезде!» – вспыхнули в его сознании казавшиеся нелепыми предостережения Тины.
Больше он ни секунды не колебался. К черту престиж, к черту репутацию, к черту приличия!.. Он железной хваткой обнял Татьяну за плечи и со всех ног кинулся к арке. Мгновение – и они упали на изображение звезды, под страшный, зловещий треск и грохот обваливающихся перекрытий, в котором тонули крики людей, звон бьющегося стекла и скрежет металла. Известково-кирпичная пыль окутала картину гибели ресторана «Халиф» плотными, удушливыми клубами…
Камин не хотел разгораться, и Гортензия сердилась. Наверное, дрова отсырели! Не надо было складывать их в склепе, – мертвые не любят, чтобы их покой нарушался. Но хозяина не переубедишь. Сказал, – складывай в склепе, – значит, так и придется делать.
