– Знаешь, что это за ложка, которую мы расплавили? – сказала она, стараясь отвлечь Сергея от мрачных мыслей. – Как-то давно, еще до войны, к Марфе пришел один человек. Он сказал, что сильно болен и жить ему осталось немного, а он еще не нашел женщину, которой дал обещание. Он попросил Марфу продлить ему жизнь, если это возможно, а он за это отдаст ей самое дорогое, чем владеет. Марфа его вылечила…
– Чем же он ее отблагодарил?
– Он ей дал ту самую оловянную ложку!
– Ложку? – удивился Сергей. – С какой стати?
– Видишь ли, тот мужчина был дворянин, аристократ. Уходя на первую мировую войну, он расстался со своей невестой… Потом революция, все смешалось. Его семья эмигрировала, а он все искал ее, искал…
– Свою невесту?
– Да.
– А при чем тут ложка?
– На перроне, когда эшелон уходил на фронт, его девушка захотела погадать, какая судьба их ждет. За станцией, в сквере, как раз расположился большой цыганский табор. Позвали старую цыганку, черную, как трубка, которую она держала в зубах. Она предсказала много плохого, – разлуку, плен, тяжелую болезнь…
– У тебя в вещмешке лежит ложка, – сказала она офицеру. – Эту ложку дала тебе твоя нянька, на счастье. Она дважды спасет тебе жизнь. Но это еще не все! Эта ложка – станет источником несметных богатств. Когда-нибудь она поможет раскрыть тайну золота…
Офицер не поверил цыганке, но все сбылось именно так, как она предсказала, – и плен, и разлука. Дважды ложка задержала осколок, спасая его от ранения, которое могло стать смертельным.
– Значит, и про богатства, и про золото, – правда! – сказал тот человек. – Видите на ложке зазубрины? Это от осколков. Цыганка не могла обмануть!
И Марфа ему поверила, взяла ложку и всю жизнь тщательно хранила ее.
Горский вздохнул и провел рукой по лбу. Ему казалось, что у него жар.
– И все-таки, цыганка ошиблась! – сказал он задумчиво. – Ложка нас подвела!
В дверь постучали.
– Входите! – крикнул Горский.
В комнату вошел улыбающийся Никита.
– У меня предложение! – заявил он, усаживаясь на сундук. – Пока баба Надя не уморила нас своим завтраком, есть шанс развлечься.
– Какой? – лениво поинтересовался Сергей, вставая и потягиваясь.
Он так и прилег, не снимая спортивного костюма, и теперь был вполне готов для недалекого путешествия.
– Бриться обязательно?
– Нет, – ответил Никита. – Надевай куртку и пошли.
– Куда?
– Я с вами! – решительно сказала Лида, вылезая из-под шерстяного одеяла. Она тоже была в свитере и спортивных штанах.
Они вышли во двор, залитый утренним солнцем. Сияние снега покрывало все вокруг серебряной дымкой. Черные стволы елей покрылись инеем. За ночь протоптанную ими тропинку слегка замело.
– Пошли! – Никита махнул рукой в сторону сторожки.
– Зачем? – удивился Горский.
Ему не хотелось возвращаться на место проигранной битвы.
– Надо посмотреть, что там произошло.
Никита решительно зашагал впереди, Лида и Горский потянулись за ним, то и дело спотыкаясь и ворча. Брести по лесу в такую рань казалось им сомнительным развлечением.
До сторожки добрались значительно быстрее, чем вчера ночью; дверь тоже открыли без хлопот. Внутри пахло перегоревшим углем, железом, дымом и керосином. Печка успела остыть; на ее краю все так же стояла форма с расплавленным оловом.
– Она уже остыла? – поинтересовался Никита, прикасаясь. На ощупь все оказалось чуть теплым. – Идите сюда!
Лида с Сергеем переминались с ноги на ногу, не решаясь подойти.
– Может, не стоит?
– Ну, как хотите! – весело согласился Никита, переворачивая форму.
Горский побледнел от злости. Он решил, что Никита издевается над ним, смеется над его неудачей.
– Не вынимается!
– Стучи сильнее!
Горский решил принять участие в игре. Как застывший металл может вывалиться из формы, в которой его расплавляли? Кажется, это делается по-другому. Есть такая техника, как отливка…
– Готово! – воскликнул Никита. – Здесь не действуют законы физики, друзья мои!
Он завернул слиток в носовой платок.
– Хочешь, чтобы все еще раз посмеялись? – мрачно спросил Горский. – Кусок дурацкого олова…как результат моей не менее дурацкой выдумки!
– Больше нам здесь делать нечего! – Никита старался не замечать сарказма, звучащего в голосе Сергея. Он понимал его состояние.
Сторожку закрыли. Лес вокруг стоял сказочно прекрасный, с веток шумно осыпался снег. Под ногами поскрипывало. От мороза горели щеки.
– Смотрите! – сказал Никита, останавливаясь и поворачиваясь к своим спутникам.
Он достал из кармана слиток и развернул его. На широкой мужской ладони лежал нестерпимо сияющий в солнечных лучах кусок золота…
– Не может быть! – Горский задохнулся от волнения. – Дай мне!
Он взял в руки слиток, осматривая его со всех сторон. Блестящее, чистое, настоящее золото! Горский почувствовал это сразу, как только взял его в руки. Сомнений никаких! Но как это возможно? Ведь вчера…
Всем троим стало жарко, несмотря на мороз.
