Начала вспоминать. Да, я люблю осень…
Ромео поплотнее надвинул на меня шляпу.
— Спой, — приказал он.
— Что спеть? — опешила я.
— Бритни, — сказал Ромео, — Любую её песню.
Мариам сзади него начала петь. Я стала подпевать. Потом вырвалась из рук Ромео и принялась танцевать. Ромео удовлетворенно смотрел на нас.
— Хорошо, что я вовремя успел, — сказал Ромео, — Тебя погружает всё глубже с каждым разом. Поэтому не смей снимать шляпу.
— Халаты заставят, — сказала я.
— А ты укуси их, — посоветовал Ромео.
Слёзами и кровью умою луну.
Потом и прахом омою я небо.
Раскаленною магмой обмою я землю.
Пеплом и пылью искупаю ветра.
— Не пой, пожалуйста, не пой. Помолчи хоть одну ночь. Я совсем обессилена.
— Освободи меня.
— Никогда.
Она тонет, причем тонет очень долго. Её тело тяжело, словно налилось свинцом. тонет затихшаяипесня в темных водах грязного пруда посреди ночи. Даже если бы она вырвалась на поверхность и закричала, её бы никто не услышал: вокруг никого нет и не предвидется. Наткнулась на холодный ключ и ногу свело судорогой. Теперь она даже бултыхаться не может. Безвольная тушка, вечно идущая ко дну.
Вскакиваю. Шляпа на месте.
— Так, видимо, о сновидениях придется забыть, — бормочу я, — Мне надоело.
Бросаюсь к окну. За окном июль и фиолетовые сумерки. Форточка открыта, в комнату врывается теплый ветер, приносящий запах горелой травы. Скоро расцветет. И, кажется, пойдёт дождь.
— Скучно, — сказала я.
— Точно, — пробормотала Зои, — Тебя Мелодия убьет утром.
— За что? — опешила я.
— Ну, ты у неё сон украла, судя по твоим возгласам.
— Значит, у меня сноговорение… — проворчала я, — Отлично.
— Ой, а я вообще иногда кувыркаюсь с пеной, — хмыкнула Зои.
— А как я выгляжу во время приступа? — спросила я.
— Темнеешь, — охотно пояснила Зои, — Чудовищем становишься. И рычишь.
— Как Ворон?
— Ну… Надеюсь, у тебя до такого не дойдёт.
Июль — это замечательное время, когда к нам явилось стихийное бедствие по имени Элли. Почему стихийное? Да потому что сначала делает, а потом думает. И заболтает даже стену. Своей сумасбродностью и простотой она внесла иллюзию радости в наше гиблое место. Рядом с ней и я чувствовала себя светлой. Как оказалось, это было роковой ошибкой, но это была моя вина, а не её.
Элли — кудряшки и брови домиком, родинка под глазом и зубастая улыбка большого рта. Пышные бедра и тонкие ручонки. Юркие движения и поражающая способность очаровывать всех вокруг. Как будто это она Ворожея, а не я.
До её прибытия Вечность видел сон о том, как к нам придет муза возрождения, и в её следах прорастут цветы. Если Мелодия — муза песни и вдохновения, то Поступь — муза весны, и в отличии от Мелодии она целая.
Как только я увидела Элли, то сразу поняла, что она Поступь. Муза возрождения и весны, надежда на исцеления и вечный май. Радость и девичий смех, врачевательница разбитых сердец и солнечный свет. Теплая и родная. Когда с ней говоришь, то кажется, что знаешь её много лет. Даже асоциальные элементы её не боятся и тянутся к ней. Она не внушает ни страха, ни отвращения. Таким доверяешь сокровенные тайны и вручаешь свою жизнь.
Я ей сказала это, а она сначала не поверила. Но я поняла, что в глубине души она это знала. А я знала, что это её ищет Ворон. Это с ней он связан красной нитью судьбы и она делится с ним хорошими снами.
— Как-как ты сказала? Поступь? — удивленно переспросил Ворон.
— Поступь, — с нежностью повторил он, — Наконец-то я её нашел. Жаль только, что в клетке заперт и слабею.
— А сны тебе на что? — нетерпеливо спросила я, — Пригласи её сюда.
— А она примет приглашение? — задумчиво спросил Ворон.
— Примет, — кивнула я, — Поверь, примет.
И она приняла. И я, когда навещала Ворона, замечала, что он стал счастливей. А мне становилось грустно при мысли о том, что ей придется разбить своё сердце, чтобы выпустить его черную кровь.
— Я хочу пройти Инициацию, — заявила я.
— Уверена? — спросил Кит.
— Конечно, — закивала я, — Кошмары больше меня не мучают.
— Честно скажу, я не знаю, что будет, — сказал Кит, — Ещё не было Знающего с черной кровью. Про вас мы вообще мало чего знаем. Даже Дарящий.
— А что будет? — спросила я, — Как думаешь, что будет со мной во время Инициации?
— То, что ты не умрёшь, я тебе гарантирую, — заверил меня Кит, — Королева вытащит тебя, если что. Но если вдруг что-то пойдет не так, не строй из себя героиню и прерви Инициацию, а то пострадаешь.
— Хорошо, — сказала я, — Обещаю.
— Ночью приходи в сад, — сказал Кит, — Мы с Вечностью отведём тебя.
Я с трудом дождалась ночи. Стараясь, чтобы никто не заметил и не стал задавать лишних вопросов, я выскользнула из комнаты и бросилась в сад.
Сад дышал сыростью, мокрой травой, зеленью и ароматом цветов. Он пел голосом птиц и шелестящих кустов, стрекотом кузнечиков и журчанием воды. Я сняла тапочки и пошла босиком. Мокрая трава касалась моих ног, покрытых мозолями, и успокаивала их своей прохладой.
