Есть поразительные параллели между тем, в каком духе проводили реабилитацию коммунисты до эпохи гласности, и взглядами крайней правой. Ни коммунисты, ни ультраправые не были заинтересованы в реабилитации либералов, левых или этнически нерусских эмигрантов[155]. Их общим знаменателем был русский патриотизм. Не имело значения, что большинство либералов и меньшевиков были последовательными врагами фашизма и сталинизма, а правые, напротив, склонялись то в одну, то в другую сторону. Например, среди тех, кто вернулся в СССР после 1945 года или хотя бы выразил готовность сотрудничать со сталинской Россией, было весьма немного демократов. Важной особенностью «реабилитации», предшествовавшей 1985 году, был преимущественный интерес к первой волне эмиграции — к тем, кто покинул Россию в годы революции и гражданской войны, тогда как лица, сотрудничавшие с Германией во время второй мировой воины или покинувшие страну в этот период, по-прежнему считались предателями, не заслуживающими прощения. В ходе реабилитации при Брежневе расточались комплименты выдающимся деятелям культуры, например Стравинскому, политические взгляды которого были не слишком известны, но убежденные антикоммунисты оставались за чертой признания. Позиция правых после 1987 года оказалась иной. Приветствовались даже крайние антикоммунисты-эмигранты. Среди правых возникли разногласия по поводу таких фигур, как генерал Власов, — для некоторых консерваторов, в особенности ветеранов войны, он оставался предателем. О его роли в истории велись долгие споры, которые не закончились и по сей день[156]. Непоследовательной была и позиция ведущих правых журналов. С одной стороны, они резко осудили повесть Д. Гранина «Зубр», посвященную одному из ведущих генетиков (человеку аполитичному), который в 20-е годы был послан в Германию продолжать свои исследования и решил остаться там при Гитлере, когда оказалось, что большинство его родных погибло в ходе сталинских чисток. (Он был захвачен советскими войсками в 1945 году, ему разрешили продолжить работу в лабораториях ГУЛАГа, а затем полностью реабилитировали.) С другой стороны, те же журналы восхваляли эмигрантских политиков, сотрудничавших с нацистами по свободному выбору, а не по необходимости.
Подобно большевикам начала века, новая русская правая ставит вопрос: какую часть культурного наследства следует принять, а от чего необходимо отказаться. Более просвещенные правые стремятся закинуть сеть как можно шире, безумные маргиналы стараются отбросить практически всех, кто не принадлежал к «черной сотне».
А поскольку к ней принадлежало не так уж много деятелей культуры, остатки наследия весьма скромны, хотя в него включены кое-какие забытые писатели, вроде Шабельской и Крестовского[157]. Все правые единодушно считают, что Пушкин, Лермонтов и Гоголь — неотъемлемая часть культурного наследия России. Нерусское расовое происхождение Пушкина не принимается во внимание, а некоторые его (и Лермонтова) стихи, кажущиеся непатриотическими, объявляются апокрифами. Величайшим из русских писателей и мыслителей считается Достоевский; все его юбилеи пышно отмечались. Отношение к Толстому нельзя назвать отрицательным, но оно намного холоднее: своими произведениями он подрывал власть царя и церковь, был пацифистом, не обнаруживал никакого интереса к исторической миссии России и проявлял другие нездоровые тенденции.
В основном так же относятся к Тургеневу и Чехову: они не personae non gratae, но они слишком вдохновлялись Западом и мало сделали для воспитания русского народа в духе патриотизма. Когда дело доходит до XX века, положение становится еще хуже. Для многих правых Есенин — настоящий идол. Он выглядит для них особо привлекательно: молодой человек безупречного крестьянского происхождения, в юности — пастух. Обладал большим талантом, а после смерти его подвергли остракизму в Советском Союзе. То, что он критиковал американский образ жизни и предвещал «падение небоскребов», также сближает его с правыми. Он воспевал русскую деревню, жатву, мирные ландшафты, Иисуса и Деву Марию, идущих по полям. Но, с другой стороны, Есенин был «плейбоем» и хулиганом, певцом проституток и пьяных драк, автором кощунственных стихов о Христе.
