Пока отмахивалась и отплёвывалась, чуть не пропустила нападение. Кайгрен*. Крупная и агрессивная тварь высшего, двадцатого уровня классификации нечисти по шкале Ротха*. Наваливается на жертву всей своей массой и, вырывая из тела клочья плоти, сжирает подчистую, не оставляя даже костей и содержимого кишечника. В одиночку идти на такого — полнейшее безумие, это тоже вбивалось в адептов со всем преподавательским усердием. Всего-то и нужно, что нажать на кнопку отбоя задания на марш-навигаторе. Но для этого нужно освободить руку, в которой крепко зажат кладстроп. В петлю класть некогда. Бросить на пол? Но какой же настоящий ликвидатор бросит оружие? И Тапайра начала стрелять.
Пусть мастера в Училище и старались не пользоваться в присутствии адептов бранными словами, но это совсем не значит, что те их не знали. Наверное, знание дополнительного, так сказать, стимулирующего словарного запаса, приходит с общим опытом. Кажется, Тапайра выдала сразу всё, что знала. Кайгрен ожидаемо не послушался пожеланий и проклятий, он просто пёр на добычу.
Уже истрачены все заряды кладстропа, от которых на теле твари появились отвратительные рваные проплешины. Ещё можно бросить пустой ствол и нажать на отбой, это было бы правильно, разумно и не считалось бы поражением, но не зря Тапайра получила своё прозвище. Тайпа-змея тоже борется до последнего.
Вцепляется во врага зубами, вспрыскивает в него весь свой яд и зачастую умирает, забирая противника с собой.
Бежать некогда, некуда, да и незачем. Контакт. Выброс чистой силы. И как тебе некромантская энергия ненависти?
Подумала это Тапайра или же прокричала, она уже не помнила. Сознание начало позорно угасать. Задание не выполнено. Как стыдно и больно умирать. Даже если это ненастоящая, а учебная смерть.
Вместе с отключением сознания испытуемого отключилась программа полигона. Исчезла туша кайгрена, исчезла мусорная куча и трупики пачиксов. Исчезли развалины. На сером бетонном полу осталось лежать лишь тело Тапайры и полностью разряженный кладстроп.
Ведомственные лазареты, как и полигоны, наверное, все похожи между собой. Белые стены, белый потолок, скучное постельное бельё в блёклый жёлтый цветочек.
И конечно же, запах. Даже не открывая глаза, только по запаху можно определить, что находишься на больничной койке. Сколько раз, особенно в первые годы обучения, охота Тапайры заканчивалась подобным образом. Можно даже не гадать, что же будет дальше. Выволочка за излишнее геройство пострадавшему, выволочка старшему по группе, а если старшим назначалась Тайпа, то получала двойную порцию ругани и поучений. Уже все слова и доводы преподавателей запомнила. Давно с ней такого не случалось. И вот, первый же тренировочный бой на новом месте работы, и так позорно продула. И нет ей оправданий, что поддалась не какой-то там мелочи, а нечисть двадцатого уровня, на которую в Училище их даже группой ни разу не выпускали, не то что в одиночку. Правила полигона едины для всех: не можешь справиться, уходи. Здесь герои не нужны. Здесь бойцы тренируются и определяют уровень сил. Это тоже проверка. Проверка оценки ситуации. И Тайпа её не прошла.
Эх, а ведь только смирилась с тем, что будет работать в столице, а не в Гиблых Землях. Нуарон вот присмотрела. Его было возвращать жальче всего. Но и заплатить за прикипевший к сердцу кинжал было нечем.
— И сколько будем прикидываться сплюхой*? — раздался совсем рядом до отвращения бодрый голос.
И то правда, сколько можно валяться. Общая слабость ещё не повод отлынивать от приёма воспитательных и прочих оздоровительных пилюль. Тапайра окончательно открыла глаза и села. Помимо неё в палате находилась крупная женщина в голубых одеждах. Целитель или помощница целителя. Скорее, последнее. Очень уж начальственный у неё вид. Такие привыкли повелевать пациентами, будь те хоть магами высшей категории. Много у такой не забалуешь. Может и силком провести назначенные свыше процедуры.
— Здравствуйте.
Вежливость с подобными людьми прежде всего.
— И тебе не хворать, — изволила ответить строгая дама. — Здесь твой ужин.
Чтобы съела до последней крошки! Там, — она указала на одиноко стоящий в углу стул с висящим на спинке байковым халатиком весёлой серой расцветки, — одежда. Туалет — по коридору направо. Если сил нет — под кроватью стоит горшок, — последовал уточняющий жест куда-то под кровать. — До утра — смирно лежать в койке и набираться сил. Утром доктор Пенроу тебя осмотрит, и можешь быть свободна. Вопросы есть?
Тапайра отрицательно покачала головой. Какие могут быть вопросы? Всё это уже проходила и не раз. Физические повреждения на полигоне можно получить только если самому очень постараться, а с магическим истощением и так называемыми фантомными болями от фантомных же увечий в лазарете справляются быстро. Не лечат здесь только пострадавшую гордость.