— И что с того?
Он растягивает слова? Или это только мне кажется?
— Мы работаем в этом направлении и многого достигли. Кстати, вместе с нами работают также некоторые русские специалисты.
— Поздравляю вас. Но ко мне-то все это каким боком относится?
— Вы — испытатель, так?
И что ему отвечать? А разница какая-то есть? У немца уже явно сформировалось какое-то мнение, и сейчас он хочет услышать от меня подтверждение своим мыслям. Или опровержение. И что лучше? В смысле — для меня лучше, не для фрица же? Черт, пальцы эти…
— В какой-то мере.
— Я так и предполагал… и как часто вы…
— Нечасто.
— Это заметно.
Интересно, черт возьми, по чему именно это заметно? Чем я таким особенным вдруг выделяться стал? Рога и хвост не выросли. По-китайски не заговорил. Летать не умею.
Молча пожимаю плечами — мол, тебе виднее.
Как ни странно, очкастого такой ответ вполне устраивает, и он благодушно мне кивает.
— Вас ведь кто-то направлял все это время?
Ясен пень, я что — по своей воле сюда сиганул? Так сказать, желанием горел с тобою пообщаться?
Нет, впрочем, некоторое специфическое общение — оно так очень даже кстати бы тут пришлось… Вот только удовольствия ты, мил-друг, с того не получил бы никакого.
— Да, у меня был научный руководитель.
Вот только понимать бы — чем это он там, а главное — как руководил? Валяясь в полной отключке, как-то очень затруднительно воспринимать действия окружающих…
— Кто вас направлял?
Вот это здрасьте? Как это?
По-видимому, мое удивление было настолько искренним, что отразилось на лице. И немец моментально это просек.
— Кто вас вел по
По
Стоп…
Это же немец.
А у них всякой такой мистики — выше крыши хватало…
Пальцы эти… мельтешат, мешают сосредоточиться.
Пальцы?!
В памяти моей молнией промелькнула некая беседка…
— Готовы? — Травников испытующе на меня посмотрел.
— Да. Готов.
— Давайте!
Моя рука рванулась к трубке и сграбастала… пустоту. Трубки на столе не было. Подняв глаза на академика… я его тоже не увидел… кресло, где он только что сидел, было пустым.
Фокус с трубкой!
Только здесь ее роль выполняют руки моего собеседника. Не совсем, понятное дело, штука аналогичная, но вот свою задачу она исполняет — и неплохо. То-то я таким квелым стал!
Вот, значит, какие тут пляски…
Не знаю, из какого ведомства этот дядя, но приемчики у него… специфические весьма. Мозги мне компостирует данный товарищ. Так что, судя по ухваткам, опыт у очкастого немалый. Ну что ж, надо отдать должное моим учителям (много же их было…), кое-что в мою вредную голову они в свое время вложили. И некоторые вещи я запомнил — и запомнил хорошо!
А красивая у мужика строчка на воротнике… прямо-таки загляденье! Как, интересно знать, ее вышивали — машинкой? Или портной вручную постарался? Нет, стежки ровные, шаг одинаковый, чтобы так вручную вышить — хорошим мастером быть надо! А посадят ли такого мастера больничные халаты шить? Вот уж фиг…
— Подполковник! Вы меня слышите?!
А голосок-то не плывет более!
— И очень хорошо слышу. Кстати, раз уж такой у нас разговор пошел… как я должен к вам обращаться?
Не «как я могу вас называть?», а именно — «как должен». Тут, ежели кто не просек, своя фишка есть… раз я кому-то там «должен», то вроде как и верховенство его признаю. Ну уж моральное-то превосходство — обязательно.
Между «могу» и «должен» — дистанция ого-го какая!
И если мой собеседник в натуре является спецом — просечет эту фишку враз! А то, что я чуток притормозил — спишет на свои старания. Еще и нос перед самим собой задерет. Это не жалко… пущай задирает.
— Можете называть меня профессором.
Разрешил… так сказать — с барского плеча. Ну спасибочко тебе, мил-человек! Век помнить буду! Твой век, ежели ты, милок, этого не просек еще. Ничего, на мою память это тяжким грузом не ляжет — ибо особо долго ты на этом свете не загуляешь…
— Спасибо, герр профессор, учту…
Пусть он свою «победу» празднует! Разрешаю даже рюмку хлопнуть, хоть две — не из моих же запасов?
— Повторяю свой вопрос — вас направляли?
Ты, дядя, не слишком ли хитрый?
Спрашивать-то логичнее было бы —
Вот так и ловят оппонента…
Не опер ты, мужик, — и никогда им не был. Догадываюсь, что и это — далеко не все твои фокусы. Есть что-то и в загашнике.
Ну так и я — тоже не пальцем деланный! И ежели кто думает (глядя на мою простецкую рожу), что понял меня до дна — такому человеку даже и сочувствовать не нужно. Поздно уже… разве что на поминки сброситься. Ибо тела как такового могут и вовсе не сыскать — дюже вредные мы все… как учили.
Хотя опыт допроса у него есть, не спорю.
Но одно дело — допрашивать полуочумевшего от таких штучек-дрючек клиента, и совсем другое — колоть злобного и хитрого диверсанта. Который, кстати сказать, и сам-то все это делать умеет — можно даже экзамены не сдавать! Правда, у нас и приемчики малость отличаются… но сути дела это не меняет.
Так что ты, дядя, можешь и дальше разыгрывать тут большого начальника и вгонять в ступор несчастного Холечека. Твое право, мужик… только не заиграйся…
