— То есть — именно вас? — не отстает профессор.
— Не он один, естественно…
— Фамилии назвать можете?
— Благов… говорили, он из ученых.
Проводник чуть заметно кивает.
Продолжать?
А похоже — вон он как сидит! Непоколебимо и самоуверенно.
— Сиротин… его ещё «дед Миша» звали.
— Да, — вступает в разговор мой сослуживец (нет, ну надо же такое совпадение, встретить здесь живую легенду спецслужб — умом рехнешься…), — такие люди мне известны. Это инструктора — каждый по своему профилю. Они имеют право давать свои рекомендации.
— Или — не давать? — прищуривается немец.
А спасовало твое колдунство — не может фриц сразу на двоих воздействовать!
— И такой вариант вполне возможен… — кивает мой нынешний (будущий) сослуживец.
— Одну минутку, майне геррен! — берет в свои руки беседу профессор. — Вам не кажется, что обмен воспоминаниями можно пока отложить?
Я б с ним поспорил… но благоразумно воздержусь. Пока воздержусь. Пусть поговорит. А вот мне как раз и не помешает помолчать, обдумать кое-чего. Благо что так и не решил пока — в каком ключе можно продолжить нашу совместную беседу. Одно ясно — мы тут не одиноки!
— Итак, — не видя возражений, продолжает хозяин кабинета, — я хочу предложить вам небольшую прогулку! Недалеко — тут у нас всё рядом располагается.
Опять же не поспоришь — по сигналу очкастого в комнате появляются ещё несколько охранников. Тут уже без дураков — пятнистая форма, те же МП-35 наперевес. Ваффен СС — прошу любить и жаловать!
Сопровождаемые столь внушительным эскортом, мы направляемся на улицу. Туда, где я пока что не бывал ни разу.
До сей поры мне приходилось видеть лишь прогулочный дворик санатория. А вот сейчас мы вышли в более просторный двор.
Если смотреть сверху, всё здание несколько напоминало букву «А». Печатную, с плоской вершинкой — как её рисуют первоклашки. Вот в маленьком дворе — том, что отделяется перекладиной, я и гулял раньше. Её роль здесь исполняет одноэтажная перемычка, обращенная во двор своей глухой стеной. Со стороны дворика её даже надстроили, подняв почти на три метра, теперь-то я это понимаю. А раньше думал, что это стенка такая…
Впрочем, тут ещё и внутренний забор есть, отделяет собственно здания от прочего. Недавно построенный, доски относительно свежие, и краска ещё не успела выцвести под солнцем. Да и не похож он по своей конструкции на капитальную ограду, окружающую основную территорию. Времянка — этим все сказано. Пусть даже и строили его немцы, со всей им присущей аккуратностью и педантизмом. В нём есть ворота, куда сейчас и топает вся наша неслабая компания.
А за воротами есть небольшой парк!
Точнее — был. Теперь от него осталась жидкая кучка деревьев, прочие срубили. Их стволы, очищенные от сучьев, аккуратными штабелями возвышаются неподалеку от забора.
И на освободившемся пространстве возвышается странное и малость уродливое сооружение — бетонный бункер. За каким-то рожном он окружен концентрическим бетонным бруствером, даже двумя.
Увидев это непонятное строение, я малость даже запнулся, что тотчас же и было истолковано профессором по-своему.
— Удивлены, герр подполковник?
— Да… как вам сказать… — и действительно, как? Даже и не представляю себе, какие-такие мысли должны были возникнуть в моей голове при виде этого…
— А ведь это построено по вашим словам! — кивает немец на сооружение. — Вот только бункер — он и до этого тут был. Санаторий планировали использовать как запасной командный пункт — тогда и возвели… А бетонные кольца — это уж по вашим рассказам. Много чего интересного в них было…
Да?
Это я тебе ещё «Звездные войны» не пересказывал! Представляю, что тут тогда понастроили бы!
Проводник с интересом оглядывается по сторонам, даже в затылке чешет совершенно по-русски. И в этот момент он перестает выглядеть немцем, уж слишком по-простонародному у него все это выходит.
Сузившиеся в щелку глаза наблюдателя сощурились ещё больше — сигнал!
Вот он — тот самый человек, рядом с майором стоит. Не перепутаешь — только у них двоих нет оружия, так этот ещё и в какую-то пижаму одет. Немец, главный который, не в счет — да он и идет чуть впереди.
Рывок — натянулась припрятанная бечевка. И хрустнул сучок, посередине которого она была привязана. А вот в щелку забора ему не пролезть — места мало. Так и переломился, бедняга… Бечевка, не удерживаемая более ничем, тихонечко уползла под штабель древесных стволов — ещё не бревен. Их не то что от коры — и от сучьев-то не ото всех ещё очистили.
А половинки сломанного сучка остались лежать у забора, давая знак всем, кто мог это видеть — объект обнаружен!
Видели же — многие…
— Группе — готовность! Выдвигаемся на рубеж атаки!
Чуть слышно звякнули накручиваемые на стволы «Брамиты», расстегнули клапаны карманов бойцы штурмовых групп…
— Герр гауптштурмфюрер! К нам гости! — заглянул внутрь бункера фельдфебель.
— Профессор? — не оборачиваясь, спросил инженер, возившийся у пульта.
— Не только! С ним, кроме охраны, ещё двое штатских.
— Вот как?
Поразмыслив, он сунул руку внутрь пульта и что-то там переключил. Вытащил из кармана шнурок и завязал его петлей вокруг рубильника.
