- Даже представить себе не могу. Золотухин исключается. Вы не можете себе представить, как он переживал, что его занесло на том собрании! А кто другой - не знаю. Да и не верю...
Следователь осторожно спросил, известно ли ей, какие были отношения в семье Варламова. Ему показалось, что вопрос этот смутил Ростоцкую. Однако она быстро взяла себя в руки.
- Ким Харитонович, насколько я помню, никогда слова плохого не говорил ни о жене, ни о детях. Сам был очень внимателен и заботлив к ним. Настоящий муж и отец! - сказала Стелла Григорьевна. - Правда, относился к своим без лишней сентиментальности.
Затем разговор коснулся увлечений Варламова.
- Какие там увлечения! Работа отнимала у него все время и силы. Единственно, что он любил, так это водить машину. Заядлый автомобилист. Шутил, что в нем умирает классный автогонщик. Говорил, что за рулем отдыхает телом и душой.
- Когда же он успевал, если, как вы говорите, был донельзя загружен работой?
- Из дома - на работу, с работы - домой... У него была собственная "Волга" с форсированным двигателем.
- Но ему же полагалась персональная? - удивился следователь.
- Была персональная и два сменных шофера, но Ким Харитонович ею не пользовался. Все считали, что чудит. Другие норовят за счет государства, сами эксплуатируют да еще их жены, дети. А Варламов даже в Совмин, ЦК или на объекты ездил на собственной.
- Что же делали его шоферы?
- Козла забивали, - ответила Ростоцкая и вдруг заволновалась. - Я думаю, эта страсть к быстрой езде и погубила его! Я как-то сидела с ним в машине, так столько страху натерпелась! Всю дорогу глаза закрывала!
Сообщение Ростоцкой было весьма важным.
"А может, это действительно явилось причиной несчастного случая?" подумал Чикуров.
Он колебался, стоит ли затрагивать вопрос о тысячах, найденных в чемодане погибшего, и в конце концов решил не говорить об этом с Ростоцкой. Происхождение денег пока неизвестно, и в случае если они принадлежат кому-нибудь другому, на честь Варламова может быть брошена тень.
Памятуя о том, что "Жигули", в которых обнаружили тело замминистра, зарегистрированы в Барнауле, Чикуров спросил у Ростоцкой, были ли у Варламова там друзья или знакомые.
- По службе, видимо, были... Вернее, подчиненные. А что касается друзей, таких не знаю, - ответила Стелла Григорьевна.
Следователь закончил допрос, оформив его как положено. На улицу он вышел около девяти часов вечера.
Подъезжая к дому, Игорь Андреевич вдруг вспомнил звонок жены. Надя позвонила, когда его вызвал шеф, и Игорь Андреевич спешил.
- Постарайся сегодня не задерживаться, - только и успела сообщить жена.
Чикуров пообещал, но забыл про это. И теперь мучился, что не перезвонил домой и не узнал, для чего нужно было прийти с работы вовремя.
Когда Игорь Андреевич переступил порог своей квартиры, то в открытую дверь большой комнаты увидел праздничный стол.
- Наконец-то дедуля пожаловал! - раздался звонкий голос Нади.
Чикуров не понял, журит его жена или же искренне радуется. Он заглянул в комнату. За столом сидели родственники. Сын Нади Кеша, его жена Альбина, родители Альбины, а также теща Игоря Андреевича Варвара Григорьевна. Чикуров поздоровался с гостями. Ему дружно ответили.
- Заждались вас, дорогой зятек, - с ноткой осуждения произнесла теща.
- Минуточку, только руки вымою с дороги, - сказал он.
Но тут поднялся из-за стола незнакомый человек, которого Чикуров видел со спины, и вышел в коридор. Прикрыв за собой дверь, незнакомец представился:
- Подполковник Кичатов Дмитрий Александрович, следователь по особо важным делам Главного следственного управления МВД СССР!
Он с каким-то особым удовольствием назвал свою должность и звание.
- Значит... вы? - несколько растерялся Игорь Андреевич, размышляя, как тот очутился в его доме. - Честно признаться, думал, что мы с вами увидимся только завтра.
- Понимаю, понимаю, - смутился Кичатов. - У вас торжество, а я...
- Нет, нет, я рад, что вы так оперативно разыскали меня, - успокоил его Чикуров. - Пойдемте поговорим.
Чикуров заглянул во вторую их комнату - там спала Анжелика, девятимесячная внучка. В третьей, которую занимали Игорь Андреевич с женой, был страшный раскардаш. Оставалась кухня.
- Не возражаете, если мы тут уединимся? - открыл в нее дверь хозяин.
- Конечно, конечно, - закивал подполковник. - Я ведь почему у вас... Меня ввели в курс дела и сказали, что нужно срочно лететь в Южноморск.
- Совершенно верно, - подтвердил Игорь Андреевич, усаживая Кичатова на единственную табуретку, а сам устраиваясь на подоконнике.
- Я уже и билет взял... Вылет ночью, в четыре пятьдесят.
- Когда же вы успели? - удивился Чикуров.
- Приказ обо мне был подписан в шестнадцать сорок. В семнадцать двадцать мне сказали, что я включен в вашу следственно-оперативную группу. Я уговорил кадровика выписать удостоверение личности. А то как же? В командировке и без удостоверения! Совсем негоже.
- Это верно, - улыбнулся Игорь Андреевич.
- Ну я и помчался в кассу Аэрофлота. Потом звонил к вам в прокуратуру - вас не было. Я решил сюда...
- Все правильно, - одобрил его действия Чикуров.
