- Что же это вы, Валентин, прятались в холодном домике? - спросил Чикуров, списав с его паспорта данные в бланк протокола допроса. - Аж в горы забились...
- Что и говорить, товарищ следователь, дурак я дураком! - тяжело вздохнул Трешников. - Надо было сразу прийти в милицию. А то столько приключений получил на свою голову - страшно подумать! Как расхлебаю все это, не представляю. И еще поверите вы или нет... - Он с надеждой посмотрел на Чикурова.
- Если правду выложите, поверим, - сказал следователь.
- А мне нет смысла врать, честное слово!
В протоколе допроса показания Трешникова выглядели следующим образом:
"Я снимаю угол в частном доме по улице Пришвина, 19. В соседнем доме, Пришвина, 21, принадлежащем Э.К.Александропулос, проживал отдыхающей из Москвы Валерий Платонович (его фамилию не знаю) с молодой женщиной по фамилии О.Сторожук, которую представлял как свою супругу. Зная, что я имею спортивный разряд по подводному плаванию, Валерий Платонович зашел ко мне вечером 22 октября с.г. и попросил помочь выловить в море его утонувшего знакомого, у которого якобы находились золотые изделия, которые, по словам Валерия Платоновича, принадлежали ему. Если бы нам удалось выловить утонувшего, Валерий Платонович обещал половину золотых изделий мне. Я спросил, почему он официально не обратится в соответствующие органы, на что Валерий Платонович заявил мне, что найденное золото отойдет в пользу государства, так как доказать свои права на него он не сможет. Сначала я хотел отказаться, однако, поразмыслив, все же принял его предложение, так как мне очень нужны были деньги на предстоящую свадьбу и другие расходы, связанные с началом семейной жизни. Валерий Платонович взял с меня слово, что я никому ни о чем не скажу.
Утром 23 октября Валерий Платонович и я поехали на такси в устье реки Чернушки. Отпустив такси, мы пошли на берег, и Валерий Платонович объяснил мне, где следует искать его утонувшего знакомого. Я надел акваланг и полез в воду. Минут через 20 увидел под водой утопленника. На его теле был широкий пояс с отделениями наподобие патронташа. Я подумал, что в кармашках пояса и находятся золотые изделия. Когда я доставил утопленника на берег, Валерий Платонович заявил, что это другой человек и что золото находится в кожаной сумочке, которую его знакомый носил на руке. Валерий Платонович потребовал, чтобы я вновь занялся поисками. Я стал отказываться, потому что мне стало плохо. А тут еще мы увидели лодку, направляющуюся к нам. В ней сидел какой-то мужчина Валерий Платонович испугался и побежал к шоссе. Я, сняв акваланг, последовал за ним. Мы остановили частника, ехавшего в город. В Южноморске Валерий Платонович еще раз предупредил меня, чтобы я держал язык за зубами, не то буду иметь большие неприятности. Я понял, что попал в какую-то уголовную историю и решил на время исчезнуть из города...".
И дальше Трешников сообщил следователям то, что они в общих чертах уже знали о скоропалительном вылете парня в Алма-Ату...
- Валерий Платонович называл при вас какие-нибудь фамилии, имена? продолжал допрос Чикуров.
- Ни одного имени, ни одной фамилии, - категорически заявил Трешников.
- А при каких обстоятельствах погиб его приятель, говорил?
- Вроде бы несчастный случай, ураган, - ответил допрашиваемый. - В городе говорили, что возле Верблюда пронесся смерч. Ну я и поверил...
- Как вы расстались с Валерием Платоновичем после неудачной попытки найти золото? - задал вопрос Кичатов.
- Мы доехали на машине до центра. Валерий Платонович сказал: "Ну, разбежались! Не надо, чтобы нас видели вместе". Я сел на автобус и поехал домой, а куда поехал он на машине, не знаю.
- Виделись с ним после этого? - спросил Чикуров.
- Нет, - ответил Трешников. - Я позвонил Нелле, моей невесте, она примчалась ко мне. А на следующий день я улетел в Алма-Ату...
- Вместо того, чтобы веселиться на собственной свадьбе, - не выдержав, сказал молчавший во время всего допроса капитан Жур, - и себе напортил, и нам задал работу!
Незадачливый жених только тяжело и протяжно вздохнул.
- Ознакомьтесь и распишитесь, - подал ему протокол Чикуров.
Трешников читал медленно, часто прикладывая платок к хлюпающему носу, словно оттягивал время, а когда поставил подпись на всех листах, с опаской спросил:
- Ну и что мне теперь будет?
- А это пусть решает ваша невеста, - усмехнулся Игорь Андреевич. Давайте пропуск. - Проставив в нем время окончания допроса и расписавшись, он сказал: - Возможно, вы нам еще понадобитесь. Если нужно будет кое-что уточнить.
Ушел Трешников, все еще не веря, кажется, в свое счастливое освобождение.
Как только за ним закрылась дверь, Жур подошел к столу, взял протокол допроса.
- Тут упомянута некая Сторожук, - он отыскал нужное место, показал следователям. - Буквально за день до смерча произошла странная штука...
И капитан рассказал о непонятной истории с кражей у Оресты Митрофановны Сторожук пятидесяти тысяч рублей.
