Я резво заскочил в открывшиеся двери трамвая. вагон был почти полон. Точнее: все сидячие места были заняты и человек пятнадцать стояли в проходе. Прижался к поручням, подальше от дверей, ехать мне было долго – остановок девять. Протягивая деньги кондуктору, огляделся. Прямо передо мной стояла молодая женщина, чуть дальше – ещё пара, наверное, дачницы. Возраст, сумки с какой-то рассадой, пакеты с запасами еды – ну кто ещё?
Весь ряд сидений, один за другим, занимали мужчины. Кто отрешенно смотрел в окно, кто-то непринужденно вел беседу развернувшись к сидевшему сзади. Вообщем, все как обычно. Рядом со мной, с равнодушным величием короля, сидел коротко стриженный качок. А впереди его сидел полицейский. Ничего особенного – типичный «мент». Уткнувшись в экран сотового телефона, он играл. Занятие видно не из легких, пальчики так и мелькали перебрасывая карты. Трамвай погромыхал дальше.
– «Магазин «Радуга», следующая остановка – «Городская прокуратура» » – кондукторша ещё раз суровым взглядом обвела трамвай: нет ли безбилетников. Убедившись что «зайцем» никто не едет, плюхнулась на свое место. Коротко стриженный качок, неспешно встал с места, и направился к выходу.
– Садитесь, пожалуйста! – видимо оценив мой возраст, любезно обратилась ко мне молодая дама.
– Прошу Вас, – немного отстранившись, указал я ей на сидение, – Пока стоит хотя бы одна женщина, мужчина не имеет право сидеть! Так уж вышло – меня воспитали мужчиной!
– Спасибо! – слегка смутившись, она села.
Мент, согнувшись, сразу уткнулся носом в экран телефона. Еще двое мужчин торопливо вскочили со своих мест. Пожилая дачница, просто образец типичной блондинки – шляпка, белокурые волосы по плечам, с интересом воззрилась на меня.
– ««Городская прокуратура», следующая – «Михаэлиса»» – пробубнила кондукторша.
«Мент», пригнувшись, пулей, вылетел в двери. За ним, не спеша, проследовали и дачницы. Блондинка, развернувшись у дверей, неожиданно зычным, хорошо поставленным голосом, громко оповестила трамвай:
– Наконец-то сподобилась увидеть сразу трех настоящих мужиков! – и сошла с величавость лайнера выходящего в открытое море.
Я, смотрел ей в след – чего это она так? Трамвай, повизгивая на повороте, рванул с места на зелёный сигнал светофора.
Когда я развернулся – в трамвае не сидел ни один мужчина!
Кладбищенский сторож.
Прибегает сосед, это тот, что справа от меня живет. Да знаете вы его, все его знают – Серёга «Самоделкин». Глянул я на него – идея поперек лица так и светится.
– Саня, а ты знаешь, что сторожем на кладбище сейчас Витька?
– Серёга, ты чего сегодня пил?! – я впал в легкий ступор.
– Да не пил я сегодня! У бабы Лены с антенной возился. Пару часов промучился, всего-то стакан самогонки выпил и то за три подхода.
– Теперь понятно….
– Да ничего тебе не понятно! – перебил меня Серёга, – бабка Лена говорит, что те, кого хоронят последним, они и сторожат кладбище! Давай посмотрим, точно он, Витька, сторожит?
– Ты что, хочешь ночью на кладбище сидеть?! – изумился я.
– Зачем сидеть? Мы твою видеокамеру приспособим и снимем всё….
– Ночью, в темноте? Да и кассета рассчитана на полтора часа всего. Да и снимать, кто будет?
– А вот тут я все додумал! У меня есть прибор ночного видения, с танка кто-то его спер. Мне за бутылку достался. Аккумулятор приспособим, камеру к прибору приладим, все испытаем и установим.
– А видеокамеру включать, кто будет? Сторож на кладбище?
– У тебя же «Панасоник»? Он сам выключается, как пленка кончится, сразу и выключится. А включим мы её будильником!
Припоминаете: были круглые будильники, такие, наверное, только у бабушек и остались, там ещё прикольные две заводные ручки, сзади есть. Ну, вспоминайте. Вспоминайте!
Вот «Самоделкин» и удумал: ставим будильник на нужное время, как только он затарахтит, ручка провернется и включит камеру на запись. Так вот пока он там все это прилаживает да прикручивает, я вам расскажу кто такой Витька. Точнее был, кто такой…. Похоронили его пять дней назад.
Витька – был простой деревенский охламон! Где он работал? Да где он только не работал! И пастухом, пару дней, и скотником на ферме, целый месяц, и на посевной….
Нет, он не был не лентяем, просто так вот и сложилось у него с работой. Не сошлись они с ней характерами! Зато по части всяческих приключений (чуть не написал: на собственную попу) он был непревзойденный мастер.
Начнем с того, что из досок смастерил Витка лодку и катал девчонок по деревенскому пруду. Туда же запустил мальков карпа и ревностно следил, что бы никто их не ловил.
В распадках горки, что вблизи села, посадил пару десятков саженцев яблони и дурманящий аромат, цветущей метелью, наплывал на дома теплыми майскими вечерами. Была у него ещё одна страсть – мотоцикл. И не простой, а настоящий крутяк – «Ява»! Гонял он на ней классно. А так как прав на вождение у него отродясь не водилось, то он приляпал сзади табличку: «Привет ГАИ», чем изрядно достал последних.
«Гайцы» считали своим долгом погоняться за Витькой пару раз в неделю. Не знаю, с чего они так, толи его тренировали, толи себя, так сказать адреналина для.
