В доме стояла угнетающая тишина. И никто из его обитателей не решался ее потревожить. Слуги то ли попрятались по укромным местам, то ли собрались на кухне и обсуждали тревожное будущее, однако их нигде не было видно. София же с тетушкой закрылись в гостевых покоях и последние два часа носа оттуда не высовывали. Конни, муж Кэролайн, едва ли не сразу после длинной утешительной речи, очень похожей на ту, что мне доводилось слышать несколькими годами ранее, отбыл в свои владения. И это радовало.
Я не хотела никого видеть в данную минуту. Особенно незнакомые лица. Однако просьбу поверенного Марка о встрече проигнорировать не могла. Вдруг у него что-то срочное и крайне важное?
Стук каблуков о мраморный пол разносился по всему особняку и порой заставлял меня вздрагивать. Нервы были натянуты до предела, словно гитарные струны. Казалось, тронь их – и они порвутся, разрушат с трудом возведенную плотину на реке слез, которые вновь мощным потоком польются по щекам.
Комкая пальцами жесткую ткань черного платья, вошла в Голубую гостиную. Здесь царил полумрак. Наверное, поэтому я не сразу заметила притаившегося у окна высокого худощавого мужчину. Сердце в тот же миг подпрыгнуло в груди. Как же он был похож со спины на Марка!
Оцепенение, в которое впала ненадолго, уберегло меня от ошибки. Ведь еще миг – и я с радостными криками бросилась бы в объятия незнакомца. Но стоило ему повернуться, как поняла, что у этого человека мало общего с моим покойным супругом. В отличие от Марка, у его поверенного были ярко-голубые глаза, светлые, почти пепельные волосы, некрасивый длинный нос, тонкие брови. Да и одет он был по последней моде, чему муж не придавал особого значения.
Бесконечно долгое мгновение лэрд Энсли пристально смотрел на меня. Казалось, мужчина никогда уже не заговорит, как едва ли не в сотый раз за день услышала:
– Нира Элейн, примите мои соболезнования.
Несмотря на высказанное сочувствие, меня поразила сухость, с которой поверенный произнес шаблонную фразу.
– Спасибо, – прошептала в ответ.
Я устроилась на краю софы. Мужчина же с портфелем в руках продолжил стоять у окна.
– У меня мало времени, так что я, пожалуй, перейду сразу к делу, – торопливо произнес он, будто это я настояла на визите, а теперь еще и задерживала. – Незадолго до своей гибели лэрд Уэст попросил меня о встрече, в процессе которой внес значительные изменения в завещание. Вы больше не являетесь наследницей поместья Уэстов.
Эта новость не сильно шокировала меня. Жить я здесь все равно не собиралась после похорон супруга. Тем не менее мне хотелось знать, кому перейдет особняк. И, чуть помедлив, спросила:
– А кто?
– Двоюродный дядя вашего покойного супруга, лэрд Максимилиан Уэст.
– Но он заверял меня, что у него нет никого из родных. Получается, солгал? – впилась я пытливым взглядом в голубые глаза поверенного.
– Лэрд Уэст сам всего пару дней назад узнал о его существовании, – встал он на защиту Марка.
– И поспешил вычеркнуть мое имя из завещания, – еле слышно проворчала я.
Лэрд Энсли поморщился и с жаром выпалил:
– Это не так! Тем не менее ничего уже не изменить. Я направил новому владельцу письмо с соболезнованиями и поставил в известность, что ему необходимо в кратчайшие сроки вступить в наследство.
– Мне уже идти собирать вещи?
– Указаний касательно вашего выселения не поступало. Однако сами должны понимать, вряд ли новый хозяин захочет жить под одной крышей с незнакомкой, у которой нет никаких прав на особняк. Пусть и супругой покойного племянника. Но Бангвиль – неблизкий свет. Скорее всего, его приезд затянется на полгода. Если не больше. У вас будет достаточно времени подыскать себе жилье.
– Зачем вы меня позвали? Сказать, что поместье не станет моим? Разве это не могло подождать до завтра? Или, думаете, за ночь можно разобрать особняк по камушку и перенести в другое место?
– Не ехидничайте, нира Элейн, и извольте выслушать последнюю волю покойного. Касательно вас у него имелось несколько не терпящих отлагательств распоряжений.
– Какие еще распоряжения? – устало спросила я. Казалось, этот день и его сумасшествие никогда не закончатся.
– Во-первых, вам строго-настрого запрещается входить в хозяйскую спальню и смежные с ней комнаты. На это дано право только новому владельцу поместья и никому другому.
«Помешались они все на них, что ли? Мне казалось, Марк адекватнее своих предшественников. Но нет, ошиблась». Отчего-то это требование супруга вызвало у меня внутри бурю негодования.
– Иначе что? – с вызовом посмотрела на лэрда Энсли. – Что он мне сделает? Восстанет из мертвых и отомстит?
– Нарушив это условие, вы лишитесь всех причитающихся вам денег. Так понятнее? – слегка повысил он голос.
– Каких еще денег? – растерянно спросила я.
– Согласно завещанию вам полагается сумма в размере пяти тысяч золотников. Еще тысяча завтра будет передана вашей сестре нире Софии. Предпочитаете взять деньги банковским векселем или сундуками?
