– Хочешь, я схожу к проректору и напишу жалобу?
– Нет! Лучше заморозь глупую голову Фэллон! Или подпали. Сумеешь?
Тристан глубоко вздохнул и ответил в своей обычной манере, с непоколебимым спокойствием:
– Ну да. Это несложно. А потом меня исключат из университета. Вот незадача.
Я плюхнулась на кровать, сверля его злобным взглядом.
Тристан осторожно опустился рядом.
– А ты не пыталась привлечь на свою сторону Диану Ульрих?
Диану? Что это пришло в голову моему младшему братику?
Уголки губ Тристана приподнялись, намекая на улыбку.
– Поговаривают, что Диана не раз заявляла во всеуслышание, что голове Фэллон самое место на городских воротах. «Оставить на корм воронам» – это её слова.
О кровожадная Диана! Как приятно, что хоть кто-то меня понимает!
Джаред постукивает карандашом по пергаменту, и я прогоняю мысли о Фэллон и скрипке.
Склонившись над столом, Джаред переписывает мои лекции по химии. У ликана на удивление аккуратный почерк. Диана отказалась делиться с ним конспектами, и теперь мои пергаменты – единственный способ узнать, о чём говорила на лекции профессор Воля.
В первые дни Диана только презрительно фыркала, слушая преподавателя, но скоро изменила своё мнение, убедившись, что профессор Воля – кладезь знаний. По той же причине она отказывается показывать брату свои записи, требуя, чтобы он «выкинул свои глупые стишки и сосредоточился на учёбе». В результате этого совершенно невероятного поворота мои записи стали жизненно необходимы Айслин и Джареду, которые на химии читают стихи и пишут друг другу записки.
Внезапно Джаред поднимает голову, его ноздри хищно раздуваются. Он оглядывается в то самое мгновение, когда из-за книжных полок появляется Айслин.
– Как я рада, что нашла вас, – выдыхает раскрасневшаяся от быстрой ходьбы подруга.
– Тебя Рэндалл недавно искал, – сообщаю я встревоженной Айслин.
– Я как раз от него прячусь.
– Навечно тебе от него не спрятаться – вы же собираетесь обручиться, – грустно усмехаюсь я.
– Не напоминай. – Айслин опускает голову и отчаянно сжимает в кулаках подол длинной юбки.
Джаред, молча смотревший на Айслин, снова выпрямляется и отводит взгляд.
– Айслин, я тебя везде ищу! – Из-за книжных полок появляется Рэндалл.
– Вот и нашёл… – повернувшись к жениху, обречённо вздыхает она.
Рэндалл недовольно косится на нас с Джаредом.
– Здравствуй, Эллорен, – осторожно здоровается он. Джареду достаётся только полный отвращения взгляд.
Мне хочется сказать в ответ какую-нибудь колкость, однако Джаред лишь молча безмятежно оглядывает Рэндалла.
– Ты сказала, что будешь вечером у себя, – недовольно обращается Рэндалл к невесте. Его серая форма военного стажёра тщательно выглажена, на рукаве белеет повязка в поддержку Фогеля. – Почему мне приходится так долго тебя искать?
– Мне очень жаль, Рэндалл. Извини… я не хотела… – без малейшего намёка на радость отвечает Айслин.
– Ну ладно, – фыркает он и, бросив ещё один недовольный взгляд на Джареда, берёт её за руку. – Пошли.
– Куда? Зачем? – недовольно морщится Айслин.
– Подальше отсюда, – зло щурится в сторону ликана Рэндалл.
На лице Айслин отражается целый калейдоскоп чувств. Под мышкой у неё та же книга стихов, которую Джаред прикрыл на столе учебником.
– Я вернусь позже, ладно, Эллорен? – с надеждой спрашивает Айслин, оборачиваясь к нам с Джаредом.
– Конечно, – киваю я. – Я буду здесь.
Рэндалл уводит Айслин, крепко держа её за руку, а она то и дело оборачивается на нас.
Наконец они скрываются за книжными полками. Джаред напряжённо смотрит им вслед.
– Это с ним она собирается обручиться? – недоверчиво спрашивает он. – Не может быть.
– С ним.
– Но… её тошнит, когда он дотрагивается до неё.
– Ну, видишь ли… – начинаю объяснять я, но тут же останавливаюсь. – А откуда ты знаешь?
Джаред только пожимает плечами.
– По запаху. От неё исходит отвращение. А вот он к ней вполне расположен, – цедит он сквозь зубы с необычной для него жёсткостью.
– Да, Айслин ему нравится… к сожалению, – удивлённо воззрившись на Джареда, подтверждаю я. – Ты и это ощутил?
Ликан молча кивает.
– Любопытно у тебя устроены органы чувств.
– То есть? Тебя удивляет, что я ощущаю отношения между людьми?
– И даже очень. Наверное, у вас непростая жизнь, если все ликаны знают, кто кому нравится. У вас ничего не скроешь.
– Наоборот, – немного подумав, отвечает он. – Так гораздо проще. Нам легче выбрать пару на всю жизнь. Это вам приходится ходить вокруг да около и гадать, нравитесь вы друг другу или нет.
– Да, бывает сложновато.
– Не сомневаюсь.
– И что же делает ликан, если влюбляется в девушку, которой он безразличен?
– В таких случаях лучше сразу отступить. Зачем начинать заранее проигранную партию?
– А что, если эта девушка тебе действительно очень нравится?
– Понимаешь, без взаимного влечения не выйдет ничего… хорошего. Всё будет не так: и запахи, и чувства, и движения. Какая уж тут любовь!
– То есть, будь Рэндалл и Айслин ликанами, он оставил бы её в покое?
– Вряд ли, – снова ненадолго задумавшись, отвечает Джаред. – Он… не как все. Даже будь он ликаном, всё равно остался бы дураком.
Не выдержав, я смеюсь, и Джаред мне улыбается.
