- Дешевле-дешевле – проорал от соседнего прилавка мордатый торговец. О чем речь он явно не понял, но мои последние слова расслышал – Иди ко мне, о цене сговоримся.
Забрать деньги я не успел, бабка ловко сжала ладонь, а после убрала руку за спину.
- Мать, ты меня не зли – попросил я ее – Где этот… эти… Тьфу, демоны. Где маг живет?
- Да вон там – проскрипела торговка, показав пальцем направление – В самом конце улицы его халупа, зеленая дверь. На ней еще табличка есть, там какая-то зверюка намалевана диковинная. Перо птицы Фрум купишь?
- Если только на сдачу от трех медяков мне его отдашь – ухмыльнулся я.
- Так и проваливай – дружелюбно посоветовала мне бабка и заорала – Амулееееты! Приворотные зеееелья! Гадаю на любовь и друуууужбу!
Вот это, кстати, любопытно. Наговор на любовь и дружбу – это понятно. Нет, тоже жульничество, разумеется, при этом объяснимое и понятное. По слухам, такими вещами многие ученики магов подрабатывали после того, как выпускались из своих школ, есть-то все хотят. Но гадание?
Отбиваясь от назойливых торговцев и уворачиваясь от их рук, которыми они пытались ухватить любого, кто попадал в зону их досягаемости, я добрел почти до самого конца Сонной улицы. И там-то увидел дом, о котором говорила старуха.
Он был невелик, о двух этажах, и как бы зажат между куда более массивными соседями. Создавалось впечатление, что дома слева и справа вот-вот поднатужатся и его раздавят.
Над дверью, с которой давным-давно облупилась зеленая краска и вправду висела табличка с неведомым зверем, также на ней присутствовали какие-то неведомые знаки, надо думать – магические. Я-то сам таких никогда не видел, но кто его знает, этого Унса. Видно, он изрядно попутешествовал и знает много чего такого, что и нашему наставнику неведомо.
Колокольчика над дверью не было.
Я неуверенно постучал. Потом еще раз. И еще раз. Ничего не происходило.
Тогда я взялся за ручку и потянул ее на себя. И она открылась!
- Вот тебе и раз – пробормотал я и шагнул внутрь.
Первого этажа в доме не оказалось. В том смысле – что не было здесь ни комнаты, ни кухни, ни чего-либо еще. Пустое место да лестница, ведущая на второй этаж. Хотя – оно и понятно. Совсем маленький внутри этот домишко оказался. Как голубятня у нас в Раймилле.
Я повертел головой, после решительно направился к лестнице и поднялся на второй этаж.
Должен же где-то быть этот самый Унс?
И он обнаружился наверху.
Приятель нашего наставника сидел за столом, который стоял в центре небольшой невероятно захламленной комнатушки и пил вино. Собственно, всю меблировку этого обиталища мага и составлял стол, кровать, стоящая у окна, пара шкафов с книгами и разнообразный хлам, сваленный в кучи по углам.
Но меня поверг в шок не вид комнаты, а сам мастер Унс.
Всякое я видал, но это было что-то!
Было ему на вид хорошо за пятьдесят, но при этом он явно хотел выглядеть моложе, потому на лице у него было полно той штуки, которую наша Агнесс де Прюльи называла «белилами». Она переживала за свою смуглую кожу, а потому иногда ей пользовалась. Но в меру, а не как тут, когда лицо становилось белым, как снег.
Вдобавок над правой губой Два Серебряка еще и «мушку» прилепил. Не знаю, как здесь, а у нас такие штуки пускали в ход только те мужчины, которые… Эээээ… Не совсем мужчины. Точнее, мужчины, которые за деньги с другими мужчинами…
Тьфу ты, пакость, даже вспоминать не хочу!
Добавим сюда штаны в обтяжку, когда-то белую, а теперь серую рубаху с отложным воротником, и изрядных размеров коричневый бант, которым у мага сзади были подвязаны волосы.
Видок еще тот!
И это друг нашего Ворона? Да ладно!
Впрочем, удивление было обоюдным. Белолицый явно не рассчитывал меня увидеть, а потому чуть не поперхнулся вином.
- Ты кто? – просипел он – Домом ошибся?
- Теперь уже не знаю – признался я – Вообще-то я ищу досточтимого мастера Унса, мага.
- Унса? – кашлянул мужчина – Мага? А тебе он зачем?
- Привет ему передать надо от старого друга – уклончиво ответил я.
- Какого друга? – совсем уж насторожился хозяин дома.
И тут я увидел, что его пальцы правой руки, до того спокойно лежащей на столе, сплелись в некий узел. Он был готов атаковать меня в любой момент.
Он был тем, кого я искал.
Кошмар какой…
- От Герхарда Шварца, именуемого «Вороном» - отчеканил я и поклонился – Он велел кланяться и передать свои заверения в искренней дружбе, которая не угасает с годами.
- Сюда подойди – потребовал Унс, причем голос его звучал теперь куда выше. Но не пронзительно, скорее, мелодично – Давай-давай.
Я подошел к нему, мой нос уловил смешанный запах благовоний. Добрые боги, чего только на свете не встретишь.
- Заголяйся – потребовал он.
- В смысле? – выпучил глаза я – Это… Не надо только всякого такого, хорошо?
- Какого «такого»? – нахмурился Унс – Грудь мне свою покажи.
Я понял. Он хочет увидеть печать подмастерья.
Как только она показалась из-под ворота рубахи, Унс припечатал к ней свою ладонь, оказавшуюся на редкость холодной.
