Очнулся я от того, что в лицо мне плеснули холодной водой.
- Вот до чего же у вас скверная страна – отплевываясь, высказал я все, что накипело на душе, высокому мужчине в маске, стоящему передо мной – Мне друг рассказывал, что тут народ веселый, гостеприимный и беззлобный. И где это все? Меня то заключают под стражу, то везут на казнь, а по лицу я вообще получаю трижды в день. Да тьфу на эту вашу Силистрию, чтобы я сюда еще когда хоть ногой!
- Ваш друг, а мой, соответственно, брат, не врал – сообщил мне девичий голос – Силистрия действительно такова. Просто вам не повезло, вы приехали не в самое лучшее для нашей семьи время. Так бывает. «Черная весна», одним словом.
- Весна как весна – повертел я головой, выискивая обладательницу этого голоса – Обычная.
Мы были уже не в лесу. Это был дом, причем зажиточный. Дубовая мебель, шелка на стенах. И очень скудное освещение, одна свеча на столе.
Это куда же меня занесло? Неужто обратно в замок Монбронов?
- «Черная», милейший барон, «черная» - девушка вышла из тени – Есть у нас такая примета. Если свиристели в марте не прилетели, значит, добра от этого года не жди. Нынче весной так и случилось. «Свиристель» - это птичка такая. Маленькая, серенькая, но очень красиво поет. И заявились они в наши края только на той неделе, сильно позже положеного.
- Догадался, что птичка, а не рыбка – уставился я на девушку – Доброй ночи, Луара.
- Не припоминаю, чтобы Гарольд успел нас представить друг другу – непритворно удивилась девушка – Тогда вообще все так стремительно случилось. Или он вам про нас рассказывал? В этом случае я очень изумлена, мне всегда казалось, что он нас от мебели не отличает. И даже имен не помнит.
На самом деле все было просто. Я тогда, в замке, только эту остроносенькую девицу и запомнил, потому что она хоть как-то отличалась от четырех других сестер моего друга. А потом Гарольд упомянул ее имя, сказав, что у Луары хоть какие-то мозги есть, в отличии от остальных.
Стало быть, она и есть.
- Все он помнит – я поерзал на стуле, очень уж тело затекло. Кстати – шпаги у меня на поясе не было – И имена, и прочее разное. Скажите, а меня обязательно связанным держать? Руки немеют, больно туго узлы затянули.
- Конечно нет – Луара подала знак человеку в маске, тот зашел мне за спину и перерезал веревку – Вы не обижайтесь, барон. Мы были вынуждены вас связать, в противном случае вы ведь защищались бы. Сами говорите – все вас норовят избить или убить, и оттого любой человек ваш враг. А вы же еще и маг! Вот и подумайте – что нам оставалось?
- А бить зачем? – поинтересовался я, разминая запястья – Ну, дали бы сзади по голове один раз – и все. Так нет, надо непременно в живот стукнуть, надо сапогом пнуть.
- Прошу меня извинить за эти неудобства – без тени иронии или ехидства сказала мне Луара, приложив руку к сердцу – А теперь главный для меня вопрос. Гарольд. Где он, что с ним? Он вообще жив?
Ага, так я тебе и сказал, где он. Прости, милая, но тебе веры нет, как и любому другому коренному силистрийцу. В вашем чудесном королевстве никогда не знаешь, с кем имеешь дело в настоящий момент.
- Не знаю – проворчал я, вставая со стула – О-ох, как все болит-то.
- Ложь ни к лицу благородному мужу – попеняла мне Луара – Вы не можете не знать.
- Почему? – поинтересовался я.
- Мой брат назвал вас другом – объяснила мне Луара – На моей памяти это случилось в третий раз. Если Гарольд говорит, что человек его друг, это значит, что он ему больше, чем кровный родственник, и он в нем уверен больше, чем в себе самом. Мой брат словом «друг» не разбрасывается, как некоторые. И потом – вы отправились за ним в тюрьму и на эшафот, хотя могли бы и избежать этой участи. Это значит, что и после вы вряд ли расстались.
- А кто были двое других? – заинтересовался я – Которых он друзьями назвал.
- Славные были господа – охотно ответила Луара – Базиль и Антоний. Они погибли. Один на войне, другой на поединке. И все же - Гарольд жив?
- Да – помедлив, ответил я – Не скажу, что совсем здоров, зацепили его изрядно, но сейчас идет на поправку.
- Главное, что жив – выдохнула девушка – И то хорошо. Давайте присядем, барон. У меня и вино есть.
- Нет-нет, вина не хочу – отказался я, памятуя слова о том, как охотно в Силистрии пользуются ядами – И так голова гудит.
Человек в маске приставил к столу стул, на который присела Луара, я же свой подтащил к нему сам.
- Еще раз повторю – мне понятны ваши опасения – девушка налила себе в бокал вина из бутылки, стоящей на столе – Тем более, что с моими людьми, насколько я понимаю, вы уже встречались, и не при самых приятных обстоятельствах.
- Они хотели меня убить – подтвердил я.
- Не вас – Луара отпила из бокала – Вышла ошибка, точнее – накладка. Они должны были убить только ваших сопровождающих, а после доставить и Гарольда, и вас сюда, в наш летний дом.
Так мы в летнем доме Монбронов? Засмеяться бы, да не стану.
