Трагедия случилась после окончания процесса дистилляции поздним вечером. Кройтнер уютно устроился со стаканом свежевыгнанного фруктового самогона. Точнее, это был пятый или шестой стакан. Пожар произошел исключительно мило. Кройтнер зажег сигарету, а спичку, как ему показалось, отправил в пепельницу. Две вещи пошли не так. Во-первых, спичка еще горела. Во-вторых, она не попала в пепельницу, стоящую на табурете, отскочила от ее края и упала на пол. Как уже упоминалось, Кройтнер к тому моменту хорошо продегустировал новый продукт, в результате, когда бросал спичку, увидел две пепельницы и выбрал не ту. Он понял, что горящую спичку не стоит оставлять на деревянном полу и поспешно потянулся вниз. Левая рука на пути к спичке наткнулась на бутылку с самогоном, и ее содержимое, состоящее из шестидесяти процентов этилового спирта (плюс один процент метанола), пролилось на пол и на спичку. К удивлению Кройтнера, через несколько минут появилась пожарная команда. Соседка вызвала ее. В результате полное уничтожение дома было предотвращено. Однако разрушения от воды были огромными.
Дверца под котлом все еще стояла открытой, и в топке горел несильный ровный огонь. Кройтнер и Лара сидели перед печью на складных стульях, запасшись тонкими поленьями.
– Важно, чтобы горело ровно. Вот почему все время нужно докладывать. Не слишком часто. – Лара держала в руке полено. – Вот теперь можешь подбросить его.
Лара сунула полено в топку и уложила его в идеальное положение кочергой.
– Я думала, что это запрещено.
– Перегонка? Да что ты плетешь! Перегонка – древнее ремесло. Вполне допустимо, конечно, если у тебя есть разрешение.
– И у тебя оно есть?
– Еще бы. Я унаследовал перегоночный цех у моего дяди Симона, и он всегда гнал.
– А твой дядя имел разрешение?
– Полагаю, что да. В противном случае ему не позволили бы это делать.
– Ты спрашивал его?
– Зачем мне спрашивать? Если твой отец – пекарь, то ты не спрашиваешь его, есть ли у него разрешение быть пекарем.
– Правильно. – Лара подбросила в печь еще одно полено. – Ты платишь налоги? На это есть налог.
– До сих пор налоговая служба ничего не потребовала.
Лара с сомнением посмотрела на Кройтнера.
– Да, я не даю им денег за это.
Кройтнер наблюдал сквозь закопченные стекла свет, который на мгновение появился, а затем исчез. Он подошел к мутному окну. К дому приближалась машина. Кройтнер вышел наружу.
– Продолжай, – сказал он, прежде чем закрыть дверь.
Они приехали на «спитфайре»[14] Майка. Автомобиль, несомненно, имел свои достоинства. Например, очень редкий цвет Java Green. И хардтоп. Тем не менее не самый удобный автомобиль для февраля. Кройтнер уже ждал перед домом, в то время как двое прибывших выбирались из британского спортивного купе.
– Вот так сюрприз. – Кройтнер взглянул на дверь конюшни: все в порядке, закрыта. – За что мне такая честь?
Валльнер затянул застежку-молнию до подбородка.
– Такой приятный теплый вечер. Вот мы и подумали, давайте-ка навестим Лео.
– И поговорим о последних результатах, – добавил Майк. – Мы не слишком тебя побеспокоили?
– Я просто немного нервничаю. Нужно ремонтировать. Здесь ведь был пожар.
– Мы знаем, – сказал Майк. – Загоревшаяся проводка, как утверждает пожарный департамент.
– Да, соединение старых проводов.
– Может, зайдем внутрь? – Валльнер дрожал.
– Но только ненадолго. Я должен, – он кивком указал на конюшню, – продолжать.
– Отчет из лаборатории здесь.
Валльнер положил документ на кухонный стол. Они сели, но отказались от предложенного пива. Кройтнер разместил своих гостей так, что они сидели спиной к двери в бывшую конюшню. Потому что в двери было стекло, через которое можно было заглянуть внутрь. Однако котел, возле которого примостилась Лара Эверс, не просматривался с кухни.
– Они изучили письмо, отправленное нам Ларой Эверс. Где она отменяет признание. – Майк играл с ключом своего автомобиля. Брелок состоял из закругленного треугольника, на верхней широкой стороне которого была надпись «Триумф». – У меня кореш в лаборатории. Вот почему все получилось быстрее.
– Ага. И что? Письмо от нее?
– Да, да. Но это мы уже и так знаем через сравнение почерков. Более интересен вопрос о том, откуда пришло письмо и как оно попало в полицию.
– По почте?
– Нет. Кто-то подбросил его ночью. – Майк открыл ноутбук, который принес с собой. На нем было видео с камеры, установленной над почтовым ящиком полицейского участка. Была ночь, и поначалу никого видно не было. Затем внезапно, из слепого пятна, появилась фигура, которая не поворачивала лицо к камере, хотя это было бы естественно при движении к ящику. Человек знал, что камера установлена и где именно она находится.
– Так никого невозможно узнать. – Кройтнер указал на экран.
