– Тогда выходим к автобусу, да?
– Так точно!
Седов отдал команду, и отряд прошел за холм, где их ожидал небольшой автобус с темными тонированными окнами. Начинался второй этап выдвижения к цели.
Автобус объезжал крупные селения, осторожно проходил через деревни, где в пыли стайками копошились дети, а главное, обогнул позиции войск полковника Лусике. В 10.05 он беспрепятственно вошел в Кормуд, пригород столицы Восточного Бурнада. Именно тут, на самом въезде, его остановил полицейский патруль.
– Черт! – выругался Седов. – Надо же, объявились, козлы!
Офицеры спецподразделения без команды привели оружие в готовность к бою.
Амидас повернулся и сказал:
– Спокойно, ничего страшного. Я решу вопрос с полицейскими.
Он кивнул водителю, тот открыл дверку, капитан вышел на обочину и направился к местным «гаишникам». Говорили они недолго. Амидас достал из кармана несколько купюр, передал их старшему полицейскому. Наряд сразу отошел в сторону, освобождая дорогу.
Амидас вернулся в автобус и заявил:
– Можем ехать.
– Сколько ты им дал?
– Они за месяц столько не зарабатывают. Триста долларов.
– Не зря их старший расплылся в довольной ухмылке.
– Еще бы. Сегодня они уже могут не работать. Эти ребята так и сделают, встанут где-нибудь у кафе и проторчат там до вечера, попивая вино.
– Им что, вечером не отчитываться перед начальством?
– Утром. Дорожные полицейские заступают в наряд на сутки, ежедневно в восемь часов. До утра у них все выветрится.
– Далеко еще ехать? – поинтересовался майор Коновалов.
Амидас ответил:
– Мы бы уже приехали, но я хочу, чтобы водитель провел автобус мимо крепости. Вон, кстати, и угловая башня Чембара.
Бойцы отряда «Z» прильнули к окнам, слегка сдвинув шторы. Внешняя сторона крепости выглядела внушительно. Солидность ей придавал холм, на котором она стояла, и башни, массивные, крепкие, с двумя рядами узких бойниц. Особенно объемной оказалась центральная башня.
Седов указал на нее и спросил:
– В ней содержится господин Тикунде?
– Да, – ответил Амидас. – На втором ярусе. Сюда выходит окно-бойница. Это то самое, которое закрыто ящиком.
– Вижу, – проговорил командир отряда. – А вот у входа охраны нет. По мосту может ехать кто угодно.
– Это обманчивое впечатление. На самом деле охрана в боевых помещениях. Ей незачем торчать на виду у всех, в жару, от которой не спасает и тень башни.
– Сколько их в этих помещениях?
– Четверо. Вооружены советскими автоматами «АКМ».
– Один, конечно, старший?
– Старший – разводящий. Он вместе с резервной и отдыхающей сменой находится в караулке, в цитадели, в помещении прямо напротив главной башни.
Автобус проехал вдоль южной, фронтальной части крепости. Бойцы осмотрели и боковые укрепления. Они оказались такими же, как и фронтальная часть. Стены, окаймлявшие крепость, имели одинаковую высоту. По углам стояли башни, а посредине – ничего, в отличие от фасада.
Пройдя узкими улочками, автобус резко свернул вправо, через открытые ворота въехал в довольно просторный двор большого одноэтажного дома и встал за деревом. Во двор вышли двое мужчин. Один лет шестидесяти, другой – около тридцати.
К ним подошли Седов и Амидас. Местный капитан что-то сказал пожилому мужчине, и тот протянул руку русскому офицеру.
Валерий пожал неожиданно сильную ладонь и сказал:
– Здравствуйте, Секу.
Амидас пояснил:
– Ни Секу, ни Мираб, ни его жена Ама не знают никаких иностранных языков. Но хозяин рад видеть у себя солдат, которые готовы отомстить за его сына и спасти президента. Секу просит вас чувствовать себя как дома.
– Скажи ему спасибо.
Секу заулыбался. Слово «спасибо» он понял.
Отряд вышел из автобуса, и Мираб, сын Секу, провел бойцов в три комнаты, которые находились с левой стороны длинного коридора, делящего здание на две части. Коновалов назначил, где и кому остановиться.
Командира отряда Амидас проводил в крайнюю левую комнату. Это было вполне уютное помещение, меблированное в европейском стиле.
– Здесь устроим комнату отдыха для тебя, заместителя, меня и твоего специалиста по компьютерам, – сказал капитан. – Здесь же будет временный командный пункт. Ама обеспечит питание отряда три раза в день. Конечно, пельменей она не сможет сделать, но мясо нажарит, хлеб испечет, а овощи что у нас, что у вас одинаковые. Я имею в виду огурцы, помидоры, редис, перец и так далее.
Седов взглянул на Амидаса и заявил:
– Кабинет и спальная в одном помещении – нормально. Но ты уверен в том, что хрупкая женщина одна сможет прокормить не только свою семью, но и еще четырнадцать здоровых мужиков? Это же сколько готовить надо, не выходить из кухни, да еще продукты обрабатывать?
Амидас улыбнулся и проговорил:
– Пусть это тебя не беспокоит. Наши женщины привычны к домашней работе. Когда ты увидишь, как ловко она разделывает продукты, то сомнения в ее способностях накормить шестнадцать человек сразу отпадут.
– Что ж, могу сказать одно: мне жаль ваших женщин.
– Не надо их жалеть, господин Седой. Для африканской женщины счастье иметь любимого мужа, поддерживать очаг в доме и возиться с детьми.
Седов с удивлением воскликнул:
