Черная земля полностью

— Ну-ну… Что ж, тогда позволь мне тебе кое-что поведать — может, сказанное мною побудит тебя передумать на этот счет.

— Сильно в этом сомневаюсь.

Синий продолжил:

— Гуантанамо не принимает новых заключенных с две тысячи восьмого года. Нынешняя стоимость содержания оставшихся там, всей сотни, составляет одну целую, запятая, три десятых миллиарда с мелочью.

Макинтош принялся теребить ворсинку, отставшую от рукава пиджака.

— В самом деле? О боже… Вряд ли это можно назвать особо рачительным использованием государственных средств на содержание всякого отребья.

— Целиком и полностью согласен. Но это одобрено сверху.

Ворсинка оторвалась. Макинтош поднял взгляд.

— У нас тут все? А то, честно говоря, я никак не услежу за нитью беседы.

— Ты входишь в совет директоров «Вектор секьюрити».

— Я и сам это знаю. Замечательная компания, настоящие патриоты.

— Имеющая всего лишь один контракт, одобренный правительством. А именно, на управление оборонным комплексом имени Дугласа С. Джорджа, он же Лондонская база Военно-воздушных сил.

— Надеюсь, тебя не удивляет, что я тоже в курсе этого факта. Отсюда и мой визит туда. Я ведь в совете директоров не просто штаны просиживаю, в конце-то концов.

— Ты не просто в совете директоров заседаешь. У тебя есть и прямой финансовый интерес в деятельности «Вектора».

— Как и практически у всех членов совета директоров любой компании.

— Годовой бюджет комплекса составляет шестьсот сорок четыре миллиона девятьсот семьдесят тысяч долларов.

— Стабильная и безопасная работа такого объекта требует затрат. А теперь, если ты меня извинишь…

— А значит, стоимость содержания каждого из десяти заключенных, на данный момент находящихся там, превышает шестьдесят четыре миллиона долларов в год. Едва ли это особо рачительное использование бюджетных средств даже по сравнению с тринадцатью миллионами за голову в Гуантанамо.

Макинтош опять опустился в кресло.

— Заключенных?! О чем ты вообще толкуешь, Роджер? У тебя что-то с головой или как?

Синий вынул из конверта еще несколько сделанных Роби снимков: люди на каталках, которых грузят в автомобили «Скорой помощи».

— Я говорю вот про этих людей.

— Да это может быть кто угодно! — сказал Макинтош, бросив на них взгляд. — Может, у кого-то из персонала базы проблемы со здоровьем… Стресс, переутомились… Как ты сам сказал, там бывает жарко.

— Это не персонал базы Военно-воздушных сил, как тебе прекрасно известно.

— Ты говоришь так, я эдак…

Теперь лицо Синего затвердело.

— Все это перебрасывание словами уже становится утомительным, а ты на сегодня не единственный пункт в моем списке. — Он подался вперед. — Исполнительный директор и финансовый директор «Вектора» тоже говорят. Равно как и полковник Самтер. Разговорились так, что не остановишь. Люди на снимках — это заключенные, представители ИГИЛ, «Талибана» и «Аль-Каиды», захваченные в местах боевых действий и тайно переправленные сюда без ведома руководства страны.

Веки Макинтоша приподнялись чуть выше, открывая бледно-голубые глаза.

— Так ты… ты говорил с Самтером?

— Вообще-то мы просто не могли его заткнуть — после того, как он понял, в какую поганку вляпался.

— В поганку? А я вот это вообще так не вижу. И, вопреки твоему замечанию, все это было одобрено, утверждено и бантиком сверху завязано. Комар носа не подточит.

— То, что было давно одобрено свыше и так до сих пор и не пересмотрено, — это деятельность Лондонского оборонного комплекса в качестве радарной станции слежения системы PARCS, коя благополучно и осуществлялась вплоть до прошлого года. А потом его основное назначение коренным образом поменялось. Там имеется такое же пирамидальное здание, как и в Гранд-Форкс, равно как и столь же впечатляющая система слежения. Напомню, что мы уже имеем одну такую в той же Северной Дакоте, причем та, что в Гранд-Форкс, новее и более выгодно расположена, так что запасная на самом деле не требовалась. Но это явно не первый случай, когда Пентагон перестраховывается и выбрасывает деньги на ветер. Оборонный комплекс на глубокой периферии с дублирующим назначением? Ты должен был чувствовать себя так, будто на колени тебе бросили горшок с золотом, поскольку это просто идеальный объект для содержания неучтенных заключенных, которых никогда не следовало переправлять в эту страну. А также для того, чтобы потом избавляться от них, когда они выложили все, что могли, или же отказались так поступить, причем ты еще и можешь передавать полученные разведданные еще кому-то в правительстве под видом того, что они поступили по официальным каналам. Машины «Скорой помощи»? Да с равным успехом это могли быть мясные фургоны или катафалки для трупов! Которые мы, кстати, в данный момент в разных местах как раз выкапываем, основываясь на предоставленных нам сведениях.

Макинтош откинулся в кресле.

— Я восхищен быстротой, с которой ты до этого добрался, Роджер. Правда восхищен.

— Федеральное правительство — это махина вроде авианосца. Разгоняемся мы долго, но когда разогнались, то только держись.