Ту, что встретилась ей прошлой ночью, в своих мыслях она называла и амэ-онной, и женщиной дождя, и его духом. Но так было не только с ней. Изучив десятки работ по «мифологии», Кэйла удовлетворенно откинулась на спинку стула.
– Я думаю, все эти «мифические» создания были рассеяны по всему Старому миру, просто называли их по-разному и, быть может, даже приписывали им разные свойства. Так, в одной стране их относили к демонам, в другой – к духам. В одном регионе им поклонялись и возвышали до полубогов, в другом – низводили до презренных бесов.
– И это все ты поняла из оригинального текста? – поразился Скотт.
Рассказать о дневнике Денизе – сокровищнице ее знаний, Кэйла не могла, однако за достоверность написанного в нем могла поручиться. Скотт записывал за ней так энергично, что сломал карандаш. Потом с не меньшим энтузиазмом бил по кнопкам ноутбука. Кэйла улыбалась, наблюдая за ним. Приятно находиться рядом с тем, кто разделяет твою страсть. Человека, столь сильно увлеченного новыми знаниями и древними тайнами, нужно было еще поискать.
День оказался на редкость насыщенным. После нескольких часов, проведенных в Архиве, Кэйла поспешила в «Солнечный луч».
Оказалось, что рассказывать истории детям – не такое уж легкое занятие. Ты знаешь сюжет, знаешь, о чем хочешь поведать, но слова упорно не желают складываться во фразы. Уверенности ей придавали глаза Люси, что смотрела на Кэйлу с затаенной надеждой и неуемным любопытством ребенка, жаждущего услышать новую сказку.
– Эта история началась одним обычным днем, когда в руки девушки из нашего мира попало ожерелье с черной жемчужиной…
Кэйла едва удержалась от того, чтобы не коснуться кулона, спрятанного под блузкой.
– Это было волшебное ожерелье? – ахнула Малика – юная темноволосая прелестница.
Глядя на персиковые щечки и удлиненной формы васильковые глаза, Кэйла отчетливо видела, что перед ней – будущая похитительница мужских сердец. Но пока это была восьмилетняя девочка, которая жадно ловила каждое ее слово.
– Волшебное, – улыбнулась Кэйла.
– И оно принадлежало принцессе? – Люси подалась вперед, распахнув и без того огромные глаза с изумрудной радужкой.
Сегодня она надела, наверное, лучшее из своих платьев – бежевое, с кружевными оборочками на рукавах и подоле. Маленькая принцесса.
– Нет. Оно принадлежало белой колдунье по имени Денизе. Дочери богини Амерей, Несущей Свет.
– Значит, это богиня добрая? – недоверчиво спросил Алек.
Очень невысокий для своего возраста, худенький мальчишка, Алек до последнего не желал присоединяться к их уютному кружку, утверждая, что сказки – «это для малолеток». Однакое стоило Кэйле упомянуть, что в ее истории найдется место разнообразным духам, интерес в его глазах стал заметен невооруженным взглядом. Алек до сих пор держался чуть в стороне, подальше от девчушек, что полукольцом устроились на полу возле рассказчицы. Оперся о стену с невозмутимым видом, для пущего эффекта сложив руки на груди. Однако Кэйлу ему не обмануть – она прекрасно понимала, что Алек обожает сказки, просто не желает показывать это окружающим.
Как говорила Люси не так давно – а кто их не любит?
– Верно. Амерей несет свет жителям своего мира, оберегает их от тьмы – и той, что опускается на землю с приходом ночи и той, что живет в людских сердцах, – с готовностью ответила Кэйла. – Благодаря дару Амерей, ее дочери, белые колдуньи, могут помогать людям.
Люси серьезно кивнула, и в глазах других юных слушателей Кэйла видела понимание. Они выглядели, как дети, играли в игры и дурачились, как дети, но правда в том, что тяжелая жизнь, лишившая их родного дома и родительского тепла, заставила их очень рано повзрослеть. Они понимали, о чем Кэйла говорит – быть может, по-своему, через призму своего восприятия, но понимали.
Кэйла рассказала о первых днях, проведенных в мире Денизе. О восторге, который испытала, впервые столкнувшись с самой настоящей магией. О страхе не справиться с ролью, которую приготовила для нее судьба – ролью белой колдуньи Денизе.
В ее истории нашлось место и магу теней. Поразительно, какими далекими показались события тех дней – словно с той поры прошло не меньше года. Многое изменилось. Она уже не была той, прежней Кэйлой, которая обществу людей предпочитала долгие экспедиции в проклятые, тронутые Скверной земли. Не была она и неопытной колдуньей, только постигающей свой дар. Прежде Кэйла думала, что ее задача – стать такой же, как Денизе. Однако, используя опыт Черной Жемчужины и в то же время не желая отказываться от своего собственного «я», она шла по своему пути. И понятия не имела, куда приведет эта долгая дорога.
Кэйла рассказала и об аземе, с удовлетворением отметив, какой жгучий интерес вызвала у Алека история о духе-кровопийце. Девочки в большинстве своем морщились, но… только не Люси. Ни отвращения от упоминания обряда крови, ни брезгливости, ни страха – в ее зеленых глазах был один лишь восторг.
«Моя девочка».
Мимолетная мысль, невинная фраза отозвалась вдруг теплом, разлившимся в груди. Кэйла улыбнулась Люси, и девочка расплылась в ответной улыбке.
