Кэйла бы вскрикнула от восторга, если бы могла, но в обличье лунной пантеры она оставалась безмолвной. Села на задние лапы, задумчиво глядя в зеркальное отражение. Так значит, лунная пантера была для колдуний не только стражем, но и временным вместилищем сознания? Что ж, в таком случае становилось ясно, откуда белые колдуньи так много знали об окружающем их мире.
Полюбовавшись на себя еще с минуту, Кэйла покинула дом. Выбравшись на улицу, с наслаждением втянула свежий воздух. Дождевые капли не причиняли ей ни малейшего беспокойства – они просачивались сквозь призрачное тело, раздраженно стуча по неровной булыжной мостовой.
Это было настоящее безумие! Свобода, обличенная в форму большой лунной кошки. Кэйла отталкивалась от земли и прыгала на балки, а с них – на крышу. Бежала наперегонки с ветром под насмешливым взглядом матери-луны. Прыгала с крыши, приземляясь на все четыре лапы, и снова бежала – вперед, вперед!
Кэйла не знала, сколько прошло времени, прежде чем она сумела наконец взять себя в руки. В лапы, если быть точней. Неохотно вернулась домой, убеждая себя – у нее еще будет возможность снова испытать это потрясающее чувство безграничной свободы, которую давало ей кошачье обличье. Сначала нужно помочь жителям Стоунверда избавиться от дождей.
В доме Денизе она вновь увидела и бесчувственную себя, и баюкающего ее в руках Джеральда. Однако его лицо стало куда спокойней – различая магическую ауру, он, вероятно, догадался, что обморок – часть обряда. Хотя, признаться, Кэйла и сама не рассчитывала на подобный эффект, лишь надеясь, что лунная пантера одарит ее своей сверхъестественной силой.
Мягко ступая на призрачных лапах, Кэйла подошла к призмеру. Теперь она отчетливо видела серебристо-стальную сущность духа дождя, беснующуюся внутри зачарованной призмы. Протянув лапу, коснулась прохладной поверхности поглотителя. В тот же миг от него отделилась серебристая дымка, потянувшаяся по лапе вверх. Кэйла словно впитывала сущность дождя кожей – шкурой – в то время как призмер пустел. Полностью опустошив его, она почувствовала, что переполнена силой амэ-онны.
Кэйла вновь вышла из плена четырех стен на улицы Стоунверда. Потянула носом воздух, огляделась по сторонам. Дождь и впрямь был совершенно обычным – своим усиленным магией зрением она не видела исходящего от него сияния. А вот небо… Опустившись на задние лапы и задрав голову вверх, Кэйла изучала тяжелый покров туч, сквозь который с трудом пробивался лунный свет. Что-то в них ей определенно не нравилось.
И только спустя пару минут она поняла, что именно. Сами тучи по своей обыкновенности могли посоперничать с дождем, но на их стыке Кэйла заметила странное свечение, которое поначалу приняла за молнию. Будто могущественный творец согнал тучи к Стоунверду и, чтобы наверняка, сшил их нитями, сверкающими голубоватым светом. Именно эти нити-молнии она сейчас с таким пристальным интересом и изучала.
Итак, подтвердилось главное: дожди Стоунверда – происки некоего мага. Оставалось только его отыскать.
Силой воли Кэйла заставила одну из молниевых нитей на стыке туч спуститься к ней в виде призрачного следа. Намотала его на лапу и пошла вперед, словно разматывая невидимый клубок. Этот след должен был, рано или поздно, привести ее к заклинателю – тому, чья магия призвала бесконечный дождь.
Отправляясь в путь, Кэйла была уверена, что он займет не один час и даже не день. Готовилась к тому, что предстоит покинуть пределы Стоунверда, чтобы однажды найти изгнанника, своей странной магией отомстившего жителям города… за что бы то ни было.
Каково же было ее удивление, когда след прервался у одного из домов Стоунверда! Кэйла недоуменно смотрела на призрачную нить, которая пронзила входную дверь насквозь, настойчиво требуя последовать за ней. Толкнула дверь лапой – заперто. Задумалась.
Она ведь – воплощение духа, верно? А истинным духам, насколько ей известно, никакие физические преграды не страшны.
Кэйла глубоко вздохнула, сконцентрировалась. Сосредоточила всю свою силу в области сердца, а затем выплеснула наружу. Дверь начала таять, но не исчезла, а стала зыбкой, полупрозрачной. Будто бы Создатель, придумавший этот мир, забыл о столь несущественной детали, сделал лишь набросок, а не полноценную дверь.
Она расплылась в довольной улыбке. Не испытывая даже тени страха, шагнула вперед… и прошла сквозь дверь как сквозь воздух.
Глазам открылось просторное жилище и царивший в нем хаос. Казалось, все предметы в доме находились не на своих местах. Кто-то, живущий здесь, был слишком занят, чтобы соблюдать порядок. На кухне – гора посуды, по всей кровати разбросана женская одежда, на столе ворохом рассыпаны книги, вырванные страницы, свитки со старыми на вид рукописями…
Заинтригованная, Кэйла приблизилась к столу. Что же изучал заклинатель? Как призвать дожди и грозы? Как сделать жизнь жителей родного города невыносимой? Или, быть может, выискивал новые, мощные и смертоносные чары?
