- Это моя жизнь! – кричал Томохиро. – И я проживу ее так, как захочу. Я ничего тебе не должен! – он бросил шинай и схватил меня за руку, потянув к дверям замка. Он потянул двери, но они не поддались.
Я оглянулась на Джуна, Икеда обняла его, пока он корчился на земле. Он поднял голову, лицо было в грязи и поте, его пальцы цеплялись за острые камни, на которые он упал. Он был таким слабым, пока баюкал сломанное запястье, что мне стало почти жалко его. Почти.
- Ты не понимаешь, - прохрипел Джун. – Ты даже не всю поверхность того, что умеешь, видишь.
Томохиро крепко обхватил меня руками, тепло его тела столкнулось с моим, я едва могла дышать.
- Тогда мы вместе с этим разберемся, - заявил он, темные крылья хлопали по воздуху и поднимали нас вверх. Стены замка Сунпу окружали нас, и мои кроссовки оторвались от пола, пока мы взлетали. Ками бросились врассыпную, мы зависли в дюйме над гравием и помчались к дыре по другую сторону комнаты, что выходила ко рву. Крылья Томохиро ослабели, мы рухнули на поручень моста, чернильные перья таяли и капали в темную воду внизу. Томохиро склонился к воде, но я потянула его назад, и мы упали на дно моста.
Мы слышали скрип деревянных дверей, Ками открывали их, взревели мотоциклы.
Но когда врата открылись, стало видно Джуна, и мы услышали его голос, слабый и опустошенный.
- Моу ии, - сказал он. Хватит.
- Но… - сказала Икеда.
- Хватит! – взревел он. – Он вернется, когда поймет, что ошибся.
Я уставилась на него, но Томохиро схватил меня за руку и побежал, а я не сводила взгляда с Джуна, крылья его опадали каплями вниз, словно черные слезы. Мы бежали к подземному переходу, оттуда вырвались к огням пустой станции, шаги эхом отдавались в тишине.
Мы бежали, а по щекам текли слезы, размывая свет фонарей, пока мы направлялись к дому Дианы.
Глава 17:
Мы молчали, поднимаясь на лифте, мои руки дрожали, когда я открывала дверь ключом. Томохиро закрыл ее, звук щелчка заполнил меня облегчением. Мы стояли в прихожей и смотрели друг на друга, покрытых чернилами, грязью и засохшей кровью.
Я хотела дотянуться до него, но боялась, что не сдержу слезы, если он меня коснется. Может, он думал так же, потому мы какое-то время просто стояли.
Он выхватил свой кейтай, брелком служила маленькая фигурка воина.
- Я позвоню в больницу, - сказал он, раскрывая телефон.
