Все мгновения сжаты в несколько секунд, которые нужны духовскому пулеметчику чтобы перезарядить ДШК, а мне - чтобы преодолеть те световые мили, отделяющие меня от него. Автоматчиков я даже не беру в расчет, почему-то я знаю, что они ничего мне не сделают; для меня важен только пулеметчик, не дающий нам подняться. Вот очередь оборванно замолкла и мы втроем бросились вперед. Казалось, все мгновения слились в одно целое, огромное как жизнь и длинное, как Вселенная… Автоматные очереди проносились мимо, обжигая лицо, разбойниче свистя, и тут снова заработал ДШК. Серегины мгновенья дернули его назад, вот и Сашкины сложили его пополам, а я вцепился в свои зубами - я должен успеть! - и вот моя лимонка, отскочив от пулемета, взрывается и обрывает его смертоносный ливень. А я вижу испуганное лицо молодого еще духа, вскинувшего на меня автомат, но его очередь проходит сквозь меня, не причиняя вреда - не пришло еще мое мгновение! И я, поверивший в свое бессмертие, скачу молодым козлом среди духов, расстреливая их в упор, когда кто-то стреляет в солнце и оно, яростно вспыхнув, разлетается последним мгновением моей войны.
ЭПИЗОД 10 214
"Две руки, побелевшие в костяшках от напряжения, цепляются за лямки жилета. И соединяют меня с жизнью…
…В этот момент уплывающее сознание услужливо вытаскивает из памяти слова: «Основой страховочной системы являются в первую очередь люди, "натасканные" технически, физически и морально на спасение погибающего человека…»"
Мы с Костяном идем впереди всех, шагах в 25-30- авангард разведгруппы. Стены узкого ущелья давят на психику, кажется что за каждым камнем - по духу. Впереди - огромный обломок скалы, из-за которого ущелье сужается метров до полутора, и в этом месте - от стены до стены каменный завал высотой в человеческий рост. Поднимаю руку - "Стой! Впереди возможна опасность". Группа останавливается, а мы с Костиком лезем через завал.
Мы - авангард. Мы можем погибнуть, но группа должна пройти.
Но за завалом - тишина. Мы проходим шагов пять - впереди, шагах в пятидесяти, ущелье круто поворачивает влево, надо посмотреть за каменным уступом скалы, а потом уже давать добро на проход группы. Разведчик как сапер - может ошибиться только раз.
Тишина.
Ты был в горах и знаешь, что малейший звук усиливается там в сто крат.
Как же надо уметь ходить, чтобы не издавать ни звука!
Кроме камней и нас - никого. Тишина и пустота. Мы уже прошли половину пути от завала до поворота. И вдруг я слышу - явно, Игорюх, ей-Богу! - голос моей бабушки: "Обернись, Нипетка!!!". Я оборачиваюсь, вскидывая автомат и - в двух-трех шагах от нас пара духов, приготовились к прыжку, держа ножи наизготовку - по-тихому перерезать нам глотки. Не успеваю даже не то, чтобы испугаться, даже осознать неминуемую только что опасность - палец уже мягко, но верно давит на курок. Очередь отбрасывает духов назад - ты знаешь, что такое пули выпущенные из калаша в упор. Ущелье разрывается эхом моей очереди и эхом чужих очередей. Я ныряю за камень, но Костян растерянно остается стоять - бью его ногой под колено и он подкошенно падает.
- …П-тиу!…Тююююю - воют пули, рикошетом отскакивая от камней, высекая искры. Тренированный слух вычленяет из окутавшего грохота очереди своих: разведка - братва паленая, сразу залегли, в секунды осмотрелись и открыли огонь.
Несколько духов, прячась за камнями, где перебежками, где - ползком, подбираются к нам. Мы, двое, отрезаны от своих - все что мы могли сделать: это предупредить о засаде, мы это сделали. Сам знаешь - о смерти не думаешь, есть только злость, или азарт, боя. Пустеет очередной магазин, но даже нет времени его заменить - духи подкрались уже вплотную. Швыряю одну за другой две гранаты, потом уже щелкаю новым рожком, удовлетворенно слыша визги умирающих и раненых духов. Осталось три магазина - почти сто патронов. Это мало. И - если умеешь стрелять - много.
- Костян, прикрой! - хочу броситься вперед, поливая огнем…
Как у Высоцкого, помнишь? "А в ответ - тишина…"
Растерянно оборачиваюсь - Костян, бросив автомат, перебежками убегает вперед, за уступ ущелья, где нет пальбы и можно спрятаться. Знаешь, что такое - когда в разгар боя опускаются руки?!
Знаешь!
Вот и у меня…
И как в плохом романе - и вдруг…
И вдруг из-за этого скального уступа, как из-под земли, вырастают два духа и хватают Костика под руки. Я вскидываю калаш и сквозь "фигу" прицела выцеливаю правого от меня духа. Сзади - Ал-ла! Ал-ла! - набегают духи, но мне не до них - моего друга тащут на смерть! Я плавно нажимаю спуск…
Что это было?
