— Давайте лучше накидаем места, где мы хотим побывать, — предложил Руденко. — По времени надо рассчитывать на две недели примерно. Чтобы не носиться как ошпаренные — по китайскому варианту.
— Так! — тут же включилась Маша, — Париж и Версаль пропускаем, в прошлый раз достаточно времени на них потратили. Но в Puy du Fou ещё раз я не откажусь заехать. И, раз уж мы будем там летом, без Лазурного берега обойтись никак невозможно. Четыре-пять дней минимум! Хоть покупаемся вволю. Плюс к этому, в обязательном порядке: Сен-Поль-де-Ванс и Мужен.[18] В Сен-Поле — не забыть заранее заказать столик в «Золотой голубке»[19]… И ещё мне бы очень хотелось побывать в Лурде.[20]
— О! — подал голос Арсентьев, разглядывавший большую карту Франции, которую накануне специально для такого дела купил Виктор, — он от Бордо совсем недалеко.
— Господи! Кто о чём, — ещё раз вздохнула девушка, картинно закатив глаза.
— Ещё как минимум парк Астерикс надо включить в планы, — напомнил Руденко. — Ну и замки Луары, на которые у нас прошлый раз времени было явно недостаточно.
— Погодите, погодите, — встрял лейтенант, — а на Эйфелеву башню вы что, не заглянете даже?
— А, ну да, — смутилась Маша, — с неё начать придется, естественно. И… надо бы нам всем хоть несколько уроков французского взять. Пригодится, я думаю.
Забегая вперёд, можно сказать, что это им практически не пригодилось, хотя они все ко времени поездки и могли сказать пару фраз на языке Дюма и Бальзака. Ну и понять с десяток. А так им в качестве гидов-сопровождающих достался «русский интернационал». В том смысле, что трое совершенно замечательных гидов были русскими, уже почти по тридцать лет они жили во Франции и говорили по-французски, естественно, абсолютно свободно. При этом один был родом из Ташкента, второй — из Минска, а третий — из Киева.[21]
До французского вояжа Маша с Виктором так и не успели сделать американский клип. Они пересмотрели почти сотню мультиков про Тома и Джерри (из примерно 160 снятых на тот момент серий), переслушали десятки часов музыки, перебрали восемь компоновок сюжета и всё равно первый вариант их не устроил. Получилось как-то слишком сложно. И не очень смешно. Целую неделю ходили злые, недовольные жизнью и вообще всем вокруг, пока Машу не осенило.
— Слушай, всё должно быть гораздо проще. Надо идти от истоков. Вспомни самую первую серию, Когда Том был ещё Джаспером, а Джерри — Джинксом. Там ведь как раз Том и разбивает цветочный горшок на подставке, когда врезается в него. Прямо как у нас в клипе должно быть! А в другой механический кот вообще бомбит всё подряд и, само собой, ничего хорошего из этого не выходит. Это вообще — попадание прямо в яблочко. Ну и, в конце концов, эти серии — ещё довоенные. На них и авторские права небось закончились.[22] И с музыкой нечего мудрить. Прямо из этих серий и взять… Попробовали. Получилось гораздо лучше. Оставалось работы ещё на день-два, но пора было вылетать в Париж.
Париж летом, как и любой другой крупный туристический центр, хорош (впрочем, как и в любое другое время года), но уж больно многолюден. Многосотмертовые очереди перед Лувром и Эйфелевой башней, огромные толпы людей на Монмартре и переполненные бистро, кафе и рестораны кого хочешь в тоску вгонят. Тем более, что Виктор с Машей всё это уже видели. Причём в гораздо более спокойном варианте. Бурчание Алексея на тему: «А может заглянем на часок хотя бы…» мило игнорировалось. Поэтому они, честно отработав на всех официальных мероприятиях, наулыбавшись и наговорившись, наверное, на пару лет вперёд, с огромным облегчением покинули французскую столицу и отправились почти строго на восток, чтобы выполнить ещё один пункт обязательной программы — посещение парка Астерикс.
Этот парк понравился им гораздо меньше, чем Puy du Fou. То ли он был «слишком детским», то ли оттого, что впечатления пятилетней давности были слишком яркими и переплюнуть их было весьма и весьма затруднительно. А ещё там произошёл один случай, который заставил Виктора и испугаться, и крепко задуматься. К счастью, Маша с Алексеем ничего не заметили, занятые гораздо больше друг другом, чем наблюдением за окружающим.
Они сидели на открытой веранде кафе, отдыхая после забега по аттракционам, пили кофе и лениво ковырялись в десертах. Александр — их сегодняшний гид и сопровождающий, прогуливался неподалёку, разговаривая с кем-то по телефону. Маша с Алексеем, наклонясь друг к другу, что-то шепотом обсуждали и не обращали ни на что внимания, периодически заливаясь счастливым смехом. Вдруг Руденко краем уха услышал, как неподалёку какой-то мужик витиевато матерится на смеси русского и английского. «Грёбаные лягушатники!» — было самым безобидным. Рядом крутились его, видимо, жена с двумя девчушками лет по десять, пытавшиеся его успокоить, и молодой парнишка в униформе. Работник парка, скорее всего. Естественно, Виктор понятия не имел о причинах недовольства этого русско-американского туриста, но отборный мат в присутствии детей вернул уже давно забытое состояние раздражения.
