Однако ни через неделю, ни через две, клип не запустили. Теперь вмешались чисто итальянские проблемы. Первого декабря по всей стране начались массовые выступления с требованиями отправить правительство в отставку. Вообще жители благословенных Апеннин обычно довольно спокойно реагировали на правительственные кризисы, которые случались там с завидной регулярностью, но на этот раз призыв основной оппозиционной партии «Свободная Италия» упал на благодатную почву. Если французы, немцы и австрийцы как минимум арестовали по несколько человек, предъявив им обвинения в терроризме, и уже передали дела в суды, то итальянцы топтались на месте, пока бездоказательно обвиняя то мафию, то исламских экстремистов, то нелегальных мигрантов. Толпы людей во многих городах собирались перед офисами карабинеров, перед парламентом, перед штаб-квартирой Совета министров и скандировали лозунги, общим смыслом которых было: «Найти и покарать» и «Не можете найти, отправляйтесь в отставку».
Пришлось ждать ещё пару недель, пока не схлынет и эта волна негатива. Снова собрались в Media Advertising Group. Решать, когда наконец запускать многострадальный итальянский клип. Маше не терпелось стартовать, Виктор сомневался, Антонов тоже.
— Маша, ну смотрите, — терпеливо объяснял Олег Васильевич. Сейчас у всех на носу конец учебы. У кого контрольные, у кого зачёты и прочие напряги. Я понимаю, что посмотреть клип, поставить лайк и тиснуть коротенький комментарий много времени не занимает, но кому-то ведь точно не до развлечений сейчас. Зачем терять часть аудитории? А вот сразу после тамошнего рождества запустить, по-моему, будет самое то. Ну и подзабудутся все эти ужасы, как бы цинично это не звучало. Слава богу, что у итальянцев какие-никакие результаты появились и там все попритихли. А так — будет от вас подарок поклонникам к Новому Году. Выпустите лучше анонс. Или трейлер, как у полномасштабных фильмов. Секунд на тридцать, не больше.
— Вот умеете Вы уговаривать, Олег Васильевич, — Маша наконец улыбнулась, хотя до этого сидела хмурая и надутая.
— О! — Руденко хлопнул себя по лбу, — в анонс же надо вставить напоминание о нашем обещании в Китае подумать именно об итальянском ролике. Типа, вот — помним, выполняем. У Вас есть запись той пресс-конференции? — спросил он у Антонова.
— У нас как в Греции. Всё есть! — ответил тот с характерным акцентом, и мужчины дружно расхохотались.
— И чего вы так веселитесь? — недоумённо спросила девушка.
— Ты что, не смотрела старый фильм по чеховской «Свадьбе»? — спросил Виктор, быстро нашел нужный ролик и показал племяннице.
— А, теперь понятно, — теперь и Маша заулыбалась после просмотра.
В ночь на двадцать шестое декабря Руденко никак не мог заснуть. Сегодня с утра они с Машей запустили трейлер итальянского клипа, где пообещали завтра показать итальянский клип полностью и заодно поздравили своих подписчиков с Рождеством, у кого оно сегодня, и с наступающим Новым годом всех без исключения. Виктор перед эфиром никак не мог решить, стоит или нет всё-таки что-нибудь пожелать «про себя».
«Нет! — наконец выбрал он, — если «пожелание» будет, то я никак не пойму, насколько оно повлияло на результат, каким бы он ни оказался. Да и не знаю я, что же такого-эдакого пожелать именно сейчас. Придумать, конечно, можно, но… это будет откровенно высосано из пальца.»
Вот эта неопределённость будущего результата и заставляла волноваться, отгоняя сон как надоедливую муху. «Как же быстро мы привыкаем к хорошему, — думал он, ворочаясь с боку на бок, — и как легко пользуемся чужой помощью, не давая ничего взамен… А почему, собственно, «ничего»? Да, тому, кто помощь предоставил, действительно — ничего. И кому — «тому»? И как? То ли свечки в церквях ставить, то ли кровавые жертвоприношения устраивать. Спросить-то не у кого… Н-да, «тому» — ничего, зато другим — очень даже «чего»! Или всё это — только Машина заслуга?…»
Он гонял эти и подобные мысли по кругу так долго, что Наталья, тоже не спавшая из-за его возни, наконец не выдержала, включила ночник, приподнялась на локте и с тревогой спросила:
— Ты всегда так сильно переживаешь перед выходом клипа? Или этот — какой-то особенный?
— Нет, Натусь. Первый раз такое. Не знаю, — он замялся, не понимая, как объяснить своё волнение. Всё рассказывать он не собирался, чтобы не давать повода заподозрить его в ненормальности, но что-то сказать было нужно. Наконец сообразил: — Прошлые разы как-то легче было. А тут… Столько раз переносили… Не по своей вине, но… Примерно… ну как родов ждёшь, когда беременность тяжело проходила.
— Да тебе-то откуда о таком знать? Сравнил тоже! — горько усмехнулась Наташа.
