А Пифагор оказался весьма тучным усатым мужчиной, что нагрянувшему семейству с парой бессознательных террористов был не очень-то рад. Вполне ожидаемая реакция, которая, впрочем, быстро переменилась, когда Пифагор узнал, кого именно отец с Александром к нему привезли. После этого он заметно оживился и, запахнув испачканный кетчупом халат, поспешил взглянуть на членов Нового Иерихона своими глазами.
— Это ж сколько интересного мы от вас узнаем, — тихо проговорил он, пригладив растрёпанные волосы. — Тащите их внутрь, — обратился он к отцу Александра и сам засеменил обратно в дом.
А отец, разумеется, перепоручил всю работу Александру, который, воспользовавшись Покровом, в один заход перенёс обоих террористов в указанную ему комнату. Вернее, в глубокий подвал с бетонными стенами и толстой металлической дверью на входе. Под потолком в помещении висела одинокая люстра с тремя лампами, а вдоль одной из стен выстроились несколько стоек и столов с чем-то, напоминающим медицинское оборудование. Алые пятна на полу, протянутый к крану шланг и слив в центре комнаты также наводили на определённые мысли.
Уложив обоих террористов на пол, Александр вернулся к машине, чтобы забрать оттуда пакеты с медикаментами, получив которые, отец сказал, что пока Александр может быть свободен. Дальше они с Пифагором сами. А Пифагор ещё и добавил, что Александр может чувствовать себя как дома и без стеснения пользоваться ванной и кухней.
Отказываться Александр не стал и первым же делом наведался в ванную комнату, где застрял на добрых полчаса. Горячей воды в последнюю пару дней ему очень не хватало, и потому Александр совершенно её не экономил. Закончив с водными процедурами, Александр тщательно прополоскал рот в раковине и с неохотой вновь облачился в свою грязную и теперь уже порванную одежду. Стычка с террористами его футболке и штанам на пользу совсем не пошла. Ровно как и глазной повязке, которую из-за надорвавшегося ремешка и вовсе пришлось выкинуть в мусор.
Следом Александр взял курс на кухню, где познакомился с ещё одним обитателем дома Пифагора. Необычайно крупный английский бульдог лежал у газовой плиты и глядел на Александра абсолютно безразличным взглядом. Сперва Александр думал, что пёс обязательно зарычит или залает, если он подойдёт к нему ближе, однако бульдог даже ухом не повёл. Александр присел на корточки рядом с ним и почесал пса за ушком, на что бульдог издал довольное урчание и повернул голову так, чтобы обнажить подбородок. Намёк был понят, и Александр подключил к ласканию вторую руку. Бульдог заурчал ещё громче и даже задёргал задними лапами.
— Надо будет узнать твоё имя, — вполголоса обронил Александр, вновь принимая вертикальное положение.
Наспех помыв и обтерев полотенцем руки, Александр заглянул в холодильник и несколько поразился его содержимому. Во-первых, этого содержимого там было всего-ничего, а во-вторых, минимум у половины из всех имевшихся продуктов явно истёк срок годности. Это было видно, как по датам на некоторых упаковках, так и по прорастающей на том же сыре плесени. Беглый взгляд на мусорный бак показал, что Пифагор предпочитал еду заказывать, а не готовить, так что, в целом, состояние его холодильника было вполне понятно. Хоть и всё равно удручало, ведь Александру всё ещё нужно было что-то поесть.
Отыскав глазом свежую палку копчёной колбасы, он взял из хлебницы буханку хлеба и настругал себе несколько бутербродов. К счастью, чай и сахар на кухне Пифагора тоже имелись, так что выходил более-менее адекватный перекус, хоть и ни разу и не полезный.
С тарелкой бутербродов в одной руке и кружкой горячего чая в другой Александр переместился на диван в гостиной. Бутерброды и чай он поставил на невысокий кофейный столик и, взяв в руки пульт, включил большой телевизор на стене. Быстро перелистывая каналы, Александр остановился на местных новостях и, внимательно слушая, приступил к трапезе.
Нельзя было сказать, что молодая дикторша на экране вещала что-то интересное, но лично поучаствовавший в одном происшествии Александр рассчитывал услышать хоть какое-то о нём упоминание. Всё же они пару часов назад они целый номер в хостеле разворотили. Уж в городских-то новостях об этом должен был кто-нибудь обмолвиться.
Однако, вопреки ожиданиям, о конкретно данном инциденте в выпуске не было ни слова. Рассказывали о грядущих мероприятиях наподобие новой программы в городском цирке, скорых выборах мэра с перечислением основных кандидатов и даже про лопнувшую на одной из улиц канализационную трубу. И ни намёка о чрезвычайном происшествии в каком-либо из хостелов.
Может, произошедшее посчитали слишком малозначительным, чтобы добавлять в выпуск, а может, обо всём уже было сказано до того, как Александр включил канал. Возможно даже, что кто-то из власть предержащих специально распорядился об инциденте умалчивать, если наверху стало известно, что в деле были замешаны выходцы из Нового Иерихона. Как всё было на самом деле, Александр не знал, и потому просто продолжал смотреть до самого конца.