Аня тоже была какая-то грустная. Несмотря на то, что она была рада меня видеть, я почувствовала, что у нее что-то случилось.
Наверно, я отдаляюсь от всех своих друзей…
На следующей неделе я вновь побывала у Марка в гостях. Удобно устроившись у него на коленях, я поделилась с ним своими переживаниями по поводу Андрея. Он недовольно хмыкнул, но обещал что-нибудь придумать.
У меня запищал телефон, и я ответила, разочарованно слезая с коленей Марка. Звонила Аня.
– Да? – ответила я.
Вместо связных слов в трубке послышались рыдания.
– Что случилось?
– Я… я… – Подруга никак не могла докончить предложение, потому что постоянно всхлипывала.
– Где ты? – задала я еще один вопрос, решив, что ответить на него будет проще, чем на предыдущий.
– Дома, – рыдала она.
– Я сейчас приеду! – Я кинула телефон в сумку. – Марк, отвезешь меня к Ане?
– Что стряслось? – поинтересовался он.
– Не знаю. Она плачет!
– Хорошо, поехали.
Через десять минут «Лексус» стоял перед домом подруги. Проводив меня до двери, Марк дал мне указание:
– Позвони перед тем, как уходить. Я заеду за тобой.
Хорошо.
– И попробуй дать ей понять, что все образуется. Они еще будут вместе.
– Откуда ты…
Марк перебил меня.
– Я знаю, что происходило между ними в последние дни. В психологии Димы мне разобраться проще, чем в твоей. Поэтому я думаю, что он к ней вернется.
– Но ты…
– Это – лишь мои догадки. В которых я почти уверен.
Не дав и слова мне сказать, Марк нажал на кнопку звонка и исчез в сумраке лестничного пролета. Теперь я хотя бы знаю, к чему быть готовой. Мой любимый знает о моей подруге больше, чем я.
Аня была вся зареванная, глаза опухли от слез. От жалости мое сердце сжалось в комочек. Я решила, что прибью Диму при первой же возможности.
Оказалось, что Аня увидела Диму с другой. Вот и все. Сама эта новость не была для меня такой страшной. Меня пугало другое: всхлипы, резко вырывающиеся из груди подруги; опухшие глаза, еле открывающиеся из-за душивших ее слез; попытки вдохнуть побольше воздуха, которые прерывались все новыми потоками рыданий. Не важно то, что случилось, важно то, к чему это привело. Я поняла, что и мои глаза стали мокрыми от слез сопереживания. Если бы я могла, я бы забрала себе хотя бы часть боли! Мне было жалко подругу, потому что она сидела на полу, и на все мои попытки поднять ее не обращала никакого внимания. Мне было жалко ее, потому что ничто сейчас не могло облегчить ей боль. Мне было жалко ее, потому что она ничего не могла с собой поделать. Я только обняла ее и лихорадочно просила Бога помочь мне подобрать нужные слова. Марк сказал, что все образуется. Что Дима еще вернется к ней. Но разве могу я сказать ей об этом сейчас, когда она его еще не простила? Я чувствовала себя бессильной, понимая, что не могу найти способ облегчить ее страдания.
– Я люблю тебя, Анют, – сказала я, крепче прижимая к себе подругу.
Около двух часов она рыдала, а я просто сидела рядом. Надеюсь, это лучшее, что я могла сделать.
Позвонил Марк, чтобы убедиться, что я пока еще не собираюсь уходить.
Аня выпила несколько таблеток успокоительного и прилегла на кровать.
– Извини… за это все, – шептала она, – я просто… не могла одна…
– Я буду рядом, если тебе нужна моя помощь.
Пока я перебирала ее волосы, она закрыла глаза и заснула. Слава Богу, она заснула!
Чуть позже пришли ее родители, и я тихонько выбралась из комнаты, закрыв за собой дверь. Пусть спит.
– Аня уснула, – сообщила я ее маме, не представляя, как можно объяснить подобную ситуацию.
– Уснула?! – удивилась ее мама.
– Пожалуйста, не будите ее, – попросила я. – Она просто очень устала.
Я вышла из квартиры и стала спускаться вниз по лестнице. Перед моими глазами стояло лицо Ани, безжизненное и опухшее от слез. И вдруг я спроектировала подобную ситуацию на себя. К горлу подступил ком, сердце начало ускорять свой ритм. Пошатнувшись, я схватилась за перила, чтобы не упасть. Я представила, как любимые руки обнимают не меня. Как загадочный шелковый шепот шепчет что-то не в мое ухо. Как красивые губы прикасаются к чужим губам. Я пошатнулась и села прямо на ступеньки. Сердце с усилием качало кровь по всему телу. На глаза наворачивались слезы. Я знаю, что никогда не смогу соответствовать Марку. Что в любом случае у меня никогда не получится конкурировать с соперницами. Окружение Марка – это ангелы. Красивые, умные, гибкие, соблазнительные, грациозные, вечные… Вечные! А я умру.
Я гнала нахлынувшие мысли прочь от себя. Сегодня Марк со мной. Люди так много думают о будущем, что забывают настоящее.
Пока я думала об этом, даже не заметила, как оказалась на улице. Вспомнив, что забыла сразу же позвонить Марку, я начала рыться в сумке в поисках телефона.
Свист шин резко затормозившей машины заставил меня оглянуться. Возле меня остановился серебристый «Мерседес». Модель я не распознала, так как плохо разбираюсь в машинах. Из-за тонированных стекол я не могла понять, кто находится в салоне.
