Была самая середина лета, солнце стояло высоко и слепило глаза. Было не только жарко, но еще и душно. Летали мухи, и это безмерно раздражало меня. Мне все время казалось, что по моему телу кто-то ползает, и я постоянно стряхивала с себя несуществующих букашек.
Раньше я любила лето. Но это было давно, в прошлой жизни.
Все, что было до того вечера, как Марк исчез из моей жизни, как, собственно, и сам этот вечер, я относила к прошлой жизни.
Пока я продолжала борьбу с мухами, ребята занимались приготовлением шашлыков.
Я вспомнила, что раньше очень любила проводить время с друзьями, особенно, если мы куда-то выезжали.
Лучше вообще не вспоминать то, что было раньше – сейчас все изменилось.
Впрочем, обуреваемая меня злость имела свои плюсы – поддавшись ярости, я могла сосредоточить на ней свое внимание, и хотя бы таким образом контролировать свои мысли – ведь книги под рукой не было.
Необходимость постоянно о чем-то думать не удручала меня – я к ней привыкла.
Я еле выдержала тот час, пока готовилась еда. Разговоры меня совсем не занимали, а необходимость участвовать в них была мучительной.
Зато ребята прекрасно чувствовали себя и не замечали, как мне не хочется находиться здесь. Значит, я хорошо играла нужную мне роль.
Теперь мне всю жизнь придется играть различные роли.
Я почти ничего не ела, потому что еда потеряла для меня всякий вкус. Остальные, казалось, были готовы есть за троих.
К вечеру стало прохладнее, и мне уже не на что было жаловаться – солнце садилось, перестав поджаривать нас, мухи тоже оставили меня в покое.
Появилась другая проблема – выпитое Андреем вино совершенно неправильным образом действовало на него. Он развеселился, и ему захотелось более шумной компании.
Я лишь на пять минут отошла от стола, и за это время ребята успели позвонить друзьям и пригласить их на дачу. Вернувшись и узнав об этом, я пришла в ярость. Вечеринка растягивалась на неопределенное время.
Если кто-то еще придет сюда, то наверняка на меня посыплется немало каверзных вопросов.
– Я ухожу, – сообщила я, пытаясь среди кучи визитных карточек в своем кошелке найти телефон такси.
– Почему? – Все трое вскочили с мест.
– Потому что я не хотела, чтобы вы приглашали кого-то еще. А вы меня даже не спросили.
– Но, Вика, – запротестовал Андрей. – Мы не знали, что ты будешь против.
– И не удосужились об этом спросить!
– Нам и в голову не пришла мысль, что тебе не захочется отдохнуть в более шумной компании.
– Зато мне пришла! – злилась я, нечаянно уронив все визитки на землю и совершенно запутавшись в них.
В глубине души я даже была рада, что так получилось – потому что у меня теперь был прекрасный повод уйти, сделав вид, что я обижена. Только где же этот чертов телефон? Неужели я оставила визитку дома? Я тут же принялась вспоминать телефон на память, но это оказалось бессмысленно – в последнее время я вообще не пользовалась услугами такси, а потому не помнила ни один номер.
– Есть у вас номер? – резко спросила я.
Все трое переглянулись, явно обрадовавшись той новости, что мне так и не удалось найти телефон.
– Сейчас посмотрим, – солгал Андрей, но, в отличие от меня, у него это получилось менее профессионально.
– Ты вызывал такси! – вспомнила я. – У тебя должен был остаться номер.
Я протянула руку к телефону Андрея, который лежал на столе, но он опередил меня.
– Сейчас посмотрим…
Терпение покидало меня, тем более что Андрей слишком долго смотрел на экран телефона.
Я вырвала у него трубку. Все входящие и исходящие звонки были стерты.
– Ну, хорошо… – делая глубокий вдох, выдала я.
Вернув ему телефон, я набрала номер Кристины.
Пока я говорила с ней, я потеряла еще около пяти минут, но спасительный номер был узнан.
И как раз в этот момент к дому друг за другом подъехали две машины.
– Черт! – только и вырвалось у меня.
Целая куча знакомых лиц окружила нас, и мне не повезло оказаться в центре внимания. Все удивленно смотрела на меня.
– Вика! Ты ли это?
– Ребят, да как вам удалось ее вытащить? – Чья-то рука обвила мою талию и, оглянувшись, я увидела счастливое лицо Сергея – парнишки, который учился в параллельной группе. Сдерживая ругательства, я пыталась найти выход из ситуации. Но другого выхода, кроме как откровенное бегство, я не видела.
– Да если б мы знали, мы бы уже давно были здесь!
– Нет, правда, как вам удалось?
– Так, я смотрю, тут и вино пьют…
– А мы привезли вам кое-чего покрепче!
– Шашлыки еще не все съели?..
Хор голосов обрушился на меня, и я неожиданно отметила для себя, что этот хор вовсе не пугает меня. По крайней мере, пока они не начали задавать вопросы о… о моей прошлой жизни.
Но я совсем не хотела находиться в центре внимания. Я боялась, что кто-нибудь напомнит мне…
Но как же отсюда уйти?
Бежать?
Окруженная большим количество народа, по меньшей мере половина которых задавала мне вопросы, я все с большей ясностью осознавала, что мой уход привлечет еще больше внимания. Все примутся уговаривать меня не уходить, спрашивать, в чем дело.