— Это все хорошо и правильно. А за валенки от всего Союза будет вам глубочайшее мерси. Но я вижу у вас еще одну функцию. Вы — форпост. Плацдарм Союза на северо-востоке. И пусть вас не смущает тот факт, что Берлин находится севернее. Вы, ваш форт — идеальное место для организации экспедиций по исследованию неизученных земель. Вы помните карту?
— Приблизительно.
— Тогда вот у меня есть небольшая для личного пользования.
Сотников достал и развернул карту.
— Вот, смотрите. Почти весь материк вполне себе обжит. Все побережье, все реки заняты анклавами, которые, нужно сказать, размещены почти равномерно. Обратите внимание: Берлин, Аддис-Абеба и Берн находятся почти на одной горизонтали. Расстояние между анклавами примерно двести — триста километров. То есть от Волги до Рейна пятьсот-шестьсот километров. Действительно, при отсутствии сети дорог и малом количестве транспорта, это расстояние является вполне серьезным. Еще нюанс: Волга в верхнем течении чуть отклоняется к западу, а Рейн — к востоку. А теперь посмотрите на север. В верховьях Волги — шведы, за ними — китайцы. Вверх по Рейну — Евреи. Времени у тех и других было не очень много. Тем более, что одни активно занимались организацией войнушки, а другие — поиском объектов влияния. Допустим, что те и другие освоили в широтном измерении около ста километров, хотя, я думаю, гораздо меньше. Мы сами далеко ли углубились в прилегающие леса? Максимум, на те же сто километров. Если бы не вы с фортами — жили бы, по сути, вдоль Волги и на южном побережье. Так вот: где-то между шведами и евреями находятся верховья Шпрее. Мы пытались послать водную экспедицию, но это, во-первых, небезопасно, по берегам бродят — ну, то есть, бродили — эфиопские шайки. А во-вторых, буквально через тридцать километров на Шпрее начинаются пороги, и она становится несудоходна. Разведка прошла вдоль берега километров на десять, но пороги даже не думали кончаться, группе пришлось вернуться. А между тем, если посмотрите, этот район — последняя крупная неизученная область на карте. Если там находится анклав, нужно установить с ним связь. А если это просто пустая территория, нужно промониторить ее на наличие площадок для форта и поставить там свою опорную точку, застолбить территорию. Иначе сейчас, лишившись возможностей к нападению, те же шведы попытаются двигаться в стороны. И кто знает, что там приготовили Смотрящие для тех, кто не поленился сходить и посмотреть. Очень может быть и такое, что сейчас там пусто, но как только появится первая экспедиция, для нее будут появляться и ништяки. По крайней мере, так считает Гольдбрейх. Поэтому очень нужно оказаться там первыми. Сейчас, конечно, уже поздно. Лето на исходе, скоро дожди и холода. Но у вас есть впереди зима на подготовку и обеспечение. При необходимости — спрашивайте, поможем. И материально, и советом. И по весне, как только лес мало-мальски просохнет, отправляйте людей. Выберем точку старта на нашей части Зусулки, довезем команду туда, а потом — пешком.
— А почему не послать такую пешую экспедицию из того же Берлина?
— Потому, что в Берлине слишком много людей. Не так давно выявили предателя, который сливал сомалийцам информацию о наших патрулях. И если есть один, значит, может быть и еще. А эта экспедиция — из разряда тайных операций. У вас все тихо, все свои, все на виду. Предателей не может быть в принципе. Вот и формируйте команду, человек шесть. Поставьте во главе надежного рассудительного человека, из непубличных. Вам идти нельзя, ваше отсутствие сразу вызовет массу вопросов. Рассчитывайте месяца на полтора-два автономности. Две недели туда, две недели обратно, две недели на месте для радиальных выходов и изучения местности. Ну и еще пара недель на всякий непредвиденный случай. Ваша радиостанция в форте, как понимаю, вполне покроет пять сотен километров, так что со связью проблем быть не должно. Впрочем, по этому вопросу мы еще встретимся, и даже не раз. А вы пока готовьтесь. Переваривайте информацию, обдумывайте, подбирайте кандидатуры. И не торопитесь обсуждать эту идею на общем собрании форта.
«Кюбельваген» неторопливо катился по грунтовке. Багажник машины был загружен столичными деликатесами из тех, что торговались на рынке возле замка Россия. Для каждого нашелся небольшой гостинец. Ну и для всех Женя прикупил бочонок пива. На этот раз — внушительный, пятиведерный. Такой, чтобы всем хватило, чтобы никто от жажды не маялся.
Фима нынче сидел за рулем, а Женя уселся вместе с Сержем на заднее сиденье. В ногах у Сергея стоял купленный там же, на рынке, небольшой рюкзачок, заполненный примерно наполовину. Вот только весил он, наверное, с пуд. И получил он его так:
