— Мой отец знал, — сказала я, пожав плечами и все ещё глядя в стопку. — … Само собой. Он должен был знать. И тогда я этого не понимала, но пока мы росли, он говорил об этом, на самом деле ничего не говоря. Блэк думает, что папа на самом деле учил меня скрывать это, хотя тогда я не думала об этом в таком плане. Однако он был крайне твёрд с нами… — я подняла взгляд. — Со мной особенно. Он чуть ли не с ума сошёл, пока я была маленькой. Был непреклонен в вопросах моего поведения, в том, чтобы я не была слишком заметной.
Сглотнув, я пожала плечами, все ещё размышляя вслух.
— Он хотел, чтобы я была приземлённой. Так он называл это… «приземлённой». Но он имел в виду, что хочет, чтобы я контролировала себя. Он как будто помешался на этом, честно. У него случалась истерика всякий раз, когда я выходила из себя. Он намного строже относился ко мне, чем к Зои… — я позволила голосу оборваться, затем снова пожала плечами. — Если честно, я не знаю, почему. Даже сейчас. Мы с ней были одинаковыми. Ну, во всяком случае, я всегда так думала… мы казались одинаковыми.
Я снова вытерла рот, затем лоб, внезапно мне стало жарко. Я знала, что это может быть из-за текилы, но не похоже.
— Я знаю, как это, наверное, прозвучит… — умолкнув, я осознала, что это неправда. — Черт. Я не имею ни малейшего понятия, как это, бл*дь, прозвучит для любого из вас. Правда, не знаю. Но наверное это безумие.
Я перевела взгляд между ними, прикусывая губу.
Они оба просто ждали, слегка поджав губы.
Затем я просто сказала это.
— Я экстрасенс, — я сглотнула, стискивая пальцами стопку. — Я могу читать мысли людей. То есть, по-настоящему.
***
После того как я сказала это, воцарилось молчание.
Затем Энджел рассмеялась. Это был нервный смех.
— Что? — спросила она. — Все это нарастание напряжения вело к этому?
Я почувствовала, как напрягается моя челюсть.
Потянувшись к бокалу маргариты, я сделала очередной большой глоток и поморщилась от терпкости, поставив бокал обратно на стол.
Я ей не ответила.
Вместо этого я посмотрела на Ника.
Его лицо выражало больше, чем я ожидала от них обоих.
В то же время оно выражало нечто иное. Я ожидала недоверия. Я ожидала, что он будет смотреть на меня настороженными глазами, пытаясь решить, не сошла ли я с ума. И да, наблюдая за ним сейчас, я видела проблески и того, и другого.
Но я видела кое-что ещё.
Я видела, как он думает, как его мозг копа анализирует вещи, оценивая то, что он помнил. Я видела, как он где-то в мыслях соединяет точки.
Осознав, что это значит, я уставилась на него.
— Ты мне веришь? — спросила я.
Думаю, в моем голосе звучало больше недоверия, чем в голосе Энджел.
Ник не ответил мне сразу.
Вместо этого он дёрнул подбородком в мою сторону, его голос копа зазвучал в полную силу.
— В каком смысле экстрасенс, док? — спросил он. — Ты сказала «по-настоящему». Что это значит?
Энджел таращилась на нас обоих, недоверие теперь отразилось на её лице. И все же я видела, как она пытается присоединиться, отнестись к этому непредвзято, возможно, следуя примеру Ника.
— Ты хочешь сказать, что твои сны сбываются, док? Или типа…
— Нет, — я перебила её прежде, чем она успела повторить всю эту эзотерическую чушь. Я перевела на неё ровный взгляд. — Я говорю, что действительно могу читать мысли. Я говорю, что я могу слышать, о чем на самом деле думают люди. Прямо сейчас… когда мне угодно, серьёзно. Я не улавливаю смутные ощущения. Я не разговариваю с ангелами, не вызываю духов, не играю с картами таро. Я слышу настоящие слова… как будто человек говорит это вслух. Иногда я вижу образы, но они специфичны. Я вижу их потому, что многие люди так думают. Я имею в виду, что могу по-настоящему читать мысли, — сглотнув и ощущая, как дыра в животе становится глубже, я взглянула на Ника. — …Блэк тоже это может.
Энджел и Ник обменялись взглядами.
Они знали друг друга с детства, так что эти взгляды, вероятно, содержали больше нюансов, чем я могла увидеть одними глазами.
И все же я уловила посыл.
— Ты читаешь мысли людей? — сказала Энджел, взглянув на меня. — Типа… все время?
Ощутив, как лицо заливает жаром, я выдохнула.
— Я могу это контролировать, — сказала я, все ещё настороженно наблюдая за ними, почти оправдываясь. — Я не делаю этого с друзьями. То есть… — я поправилась, делая небольшой жест пальцами, державшими стопку. — … Я все же слышу некоторые вещи, но только самые громкие и случайно. Я не копаюсь в головах своих друзей. И с бойфрендами я тоже этого не делаю. Вот почему я упустила эту ситуацию с Йеном…
Я взглянула на Ника, сказав последнее.
Остановившись на его выражении, я ощутила, как начинаю ещё сильнее нервничать, изучая его лицо и все ещё не понимая, как именно он на это реагирует. Паника в моей груди нарастала, отчего становилось тяжелее дышать, и я не могла решить, то ли он подумывает вызвать людей в белых халатах, или же он действительно размышляет над этим.
Я добавила:
