– Уходи. Я – зомби. – хриплю, шмыгая носом. Откладываю блокнот. В измазанных углём руках тут же появляется кусок черствого хлеба и пресного вяленного мяса. Их мне заботливо принесла Нева.
– Кто ты?
Обессиленно роняю голову и ударяюсь лбом о колени.
– Не важно. Я могу сойти с ума. Уходи.
Дверь захлопывается. Шаги. Совсем близко. Рывком поднимаю голову. Разумовский усаживается в противоположный угол. Отчаяние душит меня слезами. Я действительно не хочу умирать.
– Добро пожаловать в Обитель Зла[1].
Амур смеется. Наверняка он не понял шутки. Хотя, сравнение всё равно к месту.
– Как дела у нашей больной?
– Уныние. Праздность. Чревоугодие. Больница – обитель греха для тех, кто не умирает. Во всяком случае, я пока не знаю, как скоро двину кони.
Дрожащий свет подчеркивает шрамы на бледном лице. Амур вытягивает ноги. Носа кожаных ботинок упираются мне в бедро. Разумовский скользит по мне взглядом. Безэмоционально. Ну хоть не смеется.
– Зачем ты… – голос надламывается. Обнимаю себя за плечи, кусая внутреннюю сторону щек.
– Я, кажется, обещал быть рядом. – серьезно отвечает он. Издаю смешок, более походящий на карканье.
– Пока смерть не разлучит нас? Если я заражена, то это произойдет очень скоро.
Разумовский пожимает плечами, как будто мы обсуждаем что-то настолько бытовое, как налоги и проблемы с рейсовыми автобусами. Он отвечает спокойно, без присущего высокомерия.
– Значит, так тому и быть.
– О, ты романтик?
Мой вопрос остается без ответа. Амур смотрит сквозь меня, задумавшись о чем-то своем.
– Почему ты тут?
– Ответ всё тот же.
Тишина угнетает.
Он хочет посмотреть, как происходит превращение в кровожадную тварь?
– Не надо со мной нянчиться. Слечу с катушек и без твоего чуткого контроля.
Амур кисло улыбается, хлопая по месту рядом с собой, словно подзывает собаку. В любой другой день меня бы это разозлило, но не сейчас. Уже нет сил огрызаться.
– Милая, я привык контролировать всё.
Встаю и сажусь рядом с Разумовским. Он обнимает меня одной рукой, прижимая к себе. Действие от него настолько неожиданное и личное, что щеки вспыхивают в тот же миг, как лицо касается рубашки на груди парня. Амур достаёт сверток с мятными конфетами и предлагает мне. Беру сразу две и закидываю в рот.
– Только не усни с ними. Я умею убивать, но не откачивать.
– Один раз получилось.
Амур берет два леденца и убирает сверток во внутренний карман пальто.
– Мне просто повезло.
Его холодная ладонь скользит по моей спине. Не романтично, а так, будто он гладит свою кобылу или собаку. Но несмотря на это, мне становится легче. Как бы глупо это не было.
– Ты убьешь меня, если я озверею?
Его рука на миг замирает, но потом он продолжает, как ни в чём ни бывало. Мой вопрос сбил его с толку.
– Ты не хочешь слышать ответ на свой вопрос.
– Это значит «да»?
Пауза. Долгая и драматичная. Будто у меня есть время на его лирическое отступление.
– Я не знаю. Если придётся, обещаю сделать это быстро, как ты и просила.
***
Разумовский трясёт меня за плечо. Бью его по рукам и поворачиваюсь на другой бок. С плеча сползает пальто, которого на мне не было, когда я заснула.
Отель – пять звезд. Накроют пальто, заставят вскрыть зараженный труп, зато в каморке нет крыс.
– Отвали. Я сплю.
– Уже утро, а ты всё та же сварливая невоспитанная хамка.
Сажусь. Оглядываю свои руки, измазанные в запёкшейся крови. на костяшках и ладонях множество мелких ссадин. Вроде, ничего не изменилось. Дверь в помещение храма открыта, из неё льётся свет. Разумовский пристёгивает подтяжки к брюкам и крепит ремень через плечо. На нём блестят ножи. Белая мятая рубашка застёгнута до верха. Из-под воротника выглядывает грубый шрам.
Как он вообще выжил после такого?
– Лучше б поехала с катушек? – спрашиваю с издёвкой.
– Нет. – солнце слепит глаза. Щурюсь, прикрывая лицо ладонью. Черный силуэт застыл в дверях. Амур бросает через плечо, не оборачиваясь прежде, чем уйти:
– Такой ты мне нравишься больше.
[1] Обитель зла – научно-фантастический фильм ужасов, снятый по мотивам одноимённой японской компьютерной игры.
Глава 11. Меня зовут Амур. Идэр.
Я проснулась от того, что Мален ткнул в меня локтем. Сажусь в мешке, кутаясь его краями. Холодно. Поднимаясь, замечаю тлеющие угли вчерашнего костра и сизый дым, стремящийся в необъятное серое небо, выглядывающее из дыры в потолке. Амур сидит в одиночестве, дотошно проверяя ружье. На нём нет кафтана, одна лишь рубашка, трепещущая на сквозняке. Неспеша иду к нему. Иголки и старя листва, занесённая в храм буйным осенним ветром, хрустят под ногами. Мой мужчина выглядит гораздо лучше, чем вчера. Все еще болезненно бледный, но уже едва ли синюшный. Любимый не замечает того, как я подошла достаточно близко.
Ну или же предпочел игнорировать.
Присаживаюсь на покрытую тонким слоем наледи скамейку, протягивая открытые ладони к углям. Тепло едва ощутимо, потому я быстро бросаю эту затею и прячу руки глубоко в рукава шерстяного пальто.
– Как думаешь, этим можно заразиться через кровь?
