— Ты просто не понимаешь, что это такое, ты не низшая, у вас всё по-другому. Каждый раз, когда я что-либо делаю или говорю, я думаю, как отреагирует на это Алистер. Вся моя жизнь сейчас зациклена на его мнении. Даже когда я сейчас говорю с тобой или принимаю ванную, я постоянно прокручиваю в голове, одобрил бы он это или нет, и если мне кажется, что нет, то я просто не могу это делать, а если делаю, то не нахожу себе места. Я… я даже не уверена, почему я так нервничаю или чего боюсь, но будто… будто я недостойна жить, не знаю. Я неумеха, у меня всё валится из рук… а вдруг он решит, что я настолько ничтожество, что меня и воскрешать не надо было? Я постоянно боюсь его неодобрения, как тогда с этим обмороком. Умом я понимаю, что из-за дружбы с тобой он меня не убьёт или не сделает что-то плохое, наверное… но я просто не могу по-другому, я хочу его одобрения, но у меня плохо выходит.
Она снова замолчала и тихонько всхлипнула, а я взяла её за руку и легонько сжала.
— Я себя чувствую такой никчемной, будто я рабыня. Я понимаю, что всё это как-то глупо, но мои инстинкты выше этого. Девочки в казармах говорили, что у них не так, потому что они изначально были не нужны, со своими высшими они не связаны столь сильно, всё из-за того, что я постоянно с Алистером. А у кого было, они сказали, что потом станет легче, я научусь справляться с этим комплексом вины за всё свои действия, но неизвестно, сколько пройдёт времени, у всех сильно по-разному.
— Может, хочешь переехать в казармы? — предложила я, хотя сильно сомневалась, что кто-либо захочет променять поместье на бараки.
Ирмис быстро замотала головой.
— Низшие меня не очень любят. Многие считают, что мне всё достается на блюдечке, ведь мы подруги, а они в это время прозябают в казармах.
— Оу, — только и смогла сказать я, даже не догадываясь, что у Ирмис и с другими вампирами проблемы, — почему ты не сказала?
— А зачем? — тяжело вздохнула она, — давай не будем сейчас об этом.
— Конечно, без проблем, — улыбнулась я ей, — я уверена, что у вас с Алистером всё станет нормально. Маркус говорил, что с Миссой у них были похожие проблемы. Ну… не считая того, что они были вместе.
— Да, мне рассказывали. Особые недоброжелатели в казармах полагают, что он меня… в общем, что я нужна ему для постельных утех, типа я такая неумеха безрукая, что кроме этого я ни на что не сгожусь. Но знаешь, что самое жуткое… из-за этого комплекса вины и желания одобрения, если б он сказал мне раздеться и лечь, чтоб он… ну ты поняла, я просто подчинюсь приказу, хотя я от одной мысли в ужасе.
Я заметила, что по щеке Ирмис скатилась слеза, и сильнее сжала её руку.
— Послушай, я понимаю, что лезу не в своё дело, но просто знай, что бы не произошло, ты всегда можешь со мной поговорить. Я рада, что ты мне рассказала, я ведь даже не догадывалась, что ты ощущаешь… это так жутко. Но ты не одна, мы всегда с тобой, а если он будет делать что-то плохое, просто пересиль себя и скажи, мы вместе решим любую проблему.
— Спасибо, — улыбнулась она, — это многое значит, правда. Мне тяжело всё это рассказывать, но мне стало немного легче. Давай спать, уже очень поздно.
Длинный коридор слабо освещался тремя светильниками. Рыжие островки света разделялись длинными тёмными участками. Старинный грубый камень местами крошился, осыпаясь на пол, а потолок то тут, то там подпирали деревянные толстые балки. По бокам тянулась длинная вереница дверей.
Я медленно шла по коридору и останавливалась у каждой из них. На некоторых висели замки, а другие были заперты местами гнилыми засовами. Иные двери и вовсе были открыты, но в комнатах было неестественно темно. Я силилась вглядеться и понять, что же скрывалось внутри, но как только я пыталась приблизиться, дверь с грохотом захлопывалась, а из под неё вытекала кровь.
Иногда из-за некоторых доносились стоны, а иногда я ощущала смерть.
Мне сюда не нужно.
Огни слабо мерцали, грозя в любой момент потухнуть, а шаги эхом отдавались от стен и потолка, уносясь вдаль. От громких звуков осыпалась мелкая каменная крошка. Но я шла, зная, что эти двери не для меня. Подойдя к последнему освещенному участку коридора, я вгляделась в тьму. Она была почти осязаема. Я вытянула руку, и она окутала меня, словно толща воды. Собравшись с мыслями, я сделала шаг за пределы света.
Советники заметили мою бледность и предложили позвать целителя, но я отказалась, заверив, что дела важнее. И так один день упущен. С Хлоэ даже пришлось спорить, и только когда я повысила голос, советница отстала.
Переговоры выдались сложными и изматывающими. В этот раз участвовали все советники, включая Верховного магистра, потому что некоторые вопросы охватывали и обучение магии. После очередного бесконечного обсуждения торговых и территориальных пунктов, компромисс с Мирном был достигнут. Однако имелась и ещё одна проблема, о которой я узнала только сегодня.
— Видите ли, какая неприятность, Ваше Величество, ваш покойный брат, заключая договор о военной поддержке, одним из пунктов указал вашу руку королю.
