— Настало время для рефлексии, — колыхнувшись, произнесла стена черного огня, вновь возникшая перед Критом. Прямо из неё вылетел сгусток черной энергии, разлившийся бесформенной кляксой на груди охотника. Затем сгусток начал принимать форму воронки, углубляясь в грудь. Это было неприятно, как будто некие тиски раздвинули грудную клетку, внедрив что-то мрачное и холодное. В образовавшейся воронке закрутился поток воздуха направленный на стену черного огня. Постепенно языки пламени стали затягиваться в душу Крита — превращение началось. Тьма заполняла его душу, подобно холодному металлу разливаясь по каждой клеточке. Когда Грегориан обращал его в демона — это было весьма болезненно, но на сей раз ощущение силы доставляло удовольствие. Постепенно призрачная плоть обретала смоляной черный оттенок. Тьма разлилась по всему телу и практически закрыла лицо. Глаза ярко засияли синим цветом, кисти и стопы покрыла более грубая кожа, и выросли небольшие когти. Защитных наростов как таковых не было, лишь тонкие изогнутые пластины, походившие больше на мышечный рельеф, выделялись на предплечьях и голенях. Так же, на лице отсутствовали шипы, зато скулы и челюстная кость сильно выделялись. На всем теле четко виднелись мышцы, но общая конституция осталось не особо внушительной — Крит по-прежнему был жилистым. Единственным атрибутом одежды стали широкие штаны, с обвисшими лохмотьями, подпоясанные черной лентой, свисавшей на правый бок.
Воронка на груди резко закрылась и исчезла. Крит вздохнул и стал прислушиваться к своему телу. Оно было тяжелым, суставы сгибались тяжело — он медленно шевелил руками и сосредоточился на внутренних ощущениях. В душе было холодно, но не пусто. Образ Миры заставил сердце сжаться и вернул охотнику уверенность, а затем возникло то заветное чувство, заставившее его снова стать демоном или же нет?
— Я выполнил свою часть, теперь дело за тобой, — внезапно нарушил тишину черный огонь, — но почему-то от тебя не исходит былая решительность, ты всё сомневаешься, ты уже можешь ответить на вопрос — кто ты? — с укором произнесло пламя.
— Я…, — Крит ещё не отошел от превращения, но быстро возникшие воспоминания прошлого и цели будущего связались в единую цепь, любовь и ненависть слились воедино, после чего он твердо произнес, — я Крит — демон черного огня! Его глаза ярко сверкнули, а резко вспыхнувшее пламя, покрыло всё тело. Поток огня быстро и хаотично извивался, испуская потоки невидимой силы, которая даже всколыхнула стену черного огня. Пламя постепенно успокаивалось и уже не таким густым слоем покрывало черную плоть охотника. Теперь Крит ощутил былую легкость, сила слилась с его духом и уже не оказывала неприятного давления. Черная сущность стала неотъемлемой частью его души, а не была чем-то инородным, как в начале. Крит не потерял рассудок, пылая огнем, наоборот, его воля и чувства заставляли чёрное пламя гореть. И какая-либо жестокость и тяга к уничтожению сейчас отсутствовали, похоже, его дух был чист, вот только восприятие чувств изменилось.
— Странно, (даже голос не был ужасающе низким) моя любовь снова притупилась, она не так сильна, как мгновенье назад, до превращения. Я ведь теперь стал полноценным духом, верно?
— Да, причем именно духом, а не демоном, хотя мою сущность принято относить к демоническим, думаю — демон черного огня подходящее название, хоть и спорное, — задумчиво ответило пламя.
— Невероятно, я теперь дух, но мои чувства сохранились, хоть и не так сильны. Грегориан говорил, что духи не способны чувствовать.
— Людской мир — единственное место, которому присущи чувства, мы, духовные создания не понимаем и не нуждаемся в них, но похоже человеку без них не обойтись. Глядя на тебя, я понял это, ведь из-за человеческой души они сохранились в тебе и именно они влияют на мою рефлексию, — Крит обрел спокойствие, и пламя погасло, оставив уверенный и решительный взгляд, брошенный на стену огня с вопросом — что дальше?
— Пора вернуться обратно, оправдай мое доверие, думаю, теперь ты найдешь общий язык со своей сущностью, — отчетливо проговорило пламя.
— Я верну Миру и не дам огню погаснуть, — всё в такой же уверенной манере продолжал Крит.
— Да будет так, надеюсь, больше мы не увидимся, демон черного огня! — стены пламени вспыхнули, затем растворились во тьме. Платформу, на которой стоял Крит, окутало черное пламя, и его вихрь закрутил Крита. Вскоре всё пропало из виду, синие факелы, столбы — глаза окутала тьма. Темный поток мчал Крита через пространство и время обратно на землю, где он сможет, не смотря ни на что идти к своей цели — спасти свою любовь.
