— Я уже потерял, — вид первоподданого становился всё жалостливее, казалось, он сейчас заплачет, но Арон больше не мог плакать. Превращение в полудуха изменило его, как он и боялся. Его чувства притупились, восприятие изменилось, он, словно был чужим в этом мире. Он даже ещё не встречался со своей семьей, с любимыми женой и дочкой. Арон боялся этой встречи, ибо при мысли о них сердце молчало, лишь разум пытался вспомнить, как это — любить. — Я не хотел становиться этим, — продолжил он, — мне всегда было достаточно той силы, которой я обладал, но против воли владыки я не мог идти. Приняв этот… «дар», я впустил в себя силу света, стал един с ней, конечно, это было чудесно, поначалу прекрасное ощущение, но лишился я большего. Я сразу вспомнил тебя, Крит. Не знаю, как ты с этим боролся, но тебе удалось остаться человеком, несмотря на эту всепоглощающую тьму внутри. Я же, наделенный силой света, не могу возродить в себе те теплые чувства любви и заботы к дорогим мне людям! — первоподданый говорил с долей отвращения к себе. Сейчас Крит сочувствовал ему, хоть пару мгновений назад был готов уничтожить. Он прекрасно понимал, что испытывает Арон, и через что ему предстоит пройти. Крит в очередной раз ужаснулся методам Ордена. Он принял темную силу от демона по своей воле, в обмен на жизнь своей любимой, Арона же без каких-либо объективных причин сделали полудухом для того, чтобы тот послушнее выполнял приказы.
— Ты тоже можешь остаться человеком, но если чувства и человеческое начало возьмут верх, твоя сила ослабнет, ты… — произнес Крит, но Арон тут же перебил, мощно ударив кулаком по камню:
— Да плевал я на эту силу! Я хочу жить по-человечески! — вскрикнул он, — я лю…люблю свою семью, хочу прожить с ними долгую жизнь, видеть, как растут внуки, как они живут в людском мире, без явного господства света или тьмы. Хочу, чтобы люди оставались людьми со всеми недостатками, ошибками, чувствами и правом выбора, которого лишили меня. Орден Света многие века оберегал человечество от зла, но никогда не посягал на их независимость. Владыка, хоть он и могуществен, не может решать за целый мир, он его не создавал, и менять не имеет права! Что бы и не двигало и какую бы силу он не получил из Астрала, людям не станет лучше против их воли. Я прошу вас, Грегориан, не дайте ему этого сделать. Я не знаю, почему вы покинули Небесное царство, не знаю, как вы относитесь к человечеству, но вы же должны понимать, что это идет против мирового порядка — люди не должны знать о нашем существовании, они должны жить так, как им хочется. Я согласен с ним, что люди не совершенны, что многие хуже самых ужасных демонов, но другие борются, каждый выбирает свой путь и нельзя отбирать это право выбора. Всё это делает нас людьми, наши чувства, наши стремления, хоть вы и не понимаете, что такое любовь и забота, Грегориан, пожалуйста, не дайте лишить всего этого других, — Арон поник головой, смиренно ожидая ответа. Хоть Крит и проникся сочувствием к этому человеку, внезапно его обуял гнев и вот в чем причина:
— Складно говоришь, а когда вы забирали Миру, когда Винсент нагло и подло отнял её у меня, эти мысли тебя не посещали!? — выкрикнул он.
— Прости, тогда я ничего не мог сделать, я более заботился о нем, нежели размышлял о твоих чувствах, я даже не был уверен, искренни ли они. Я сожалею, Крит, не знал, чем это обернется…
— Чем же это обернулось, что с ней сейчас, что вы с ней сделали, что Винс сделал с ней!? — с особой злобой охотник произнес его имя. Все-таки чувства взяли над ним верх, желание узнать всё об участи Миры, полностью овладело им.
— Ничего, — после короткой паузы ответил Арон, — хоть я с ней и не общаюсь, с Винсентом у них тоже ничего не складывается, не трудно представить в каком она состоянии. Я понимаю тебя, я знаю, что такое страх потерять любимого человека…
— Может ты и знаешь, что такое страх, но сама потеря тебе не ведома! — снова резко перебил Крит, — и как бы ты не заботился об этом ублюдке, я его всё равно убью! Грегориан, что ты решил? — Арон только хотел угомонить Крита, ведь жизнь Винсента для него многое значила, как тоже обратил свой взгляд на серафима, ведь последнее слово было за ним.
— Похоже, пришла пора выполнить обещание, к тому же Орден предоставляет для этого прекрасную возможность, — услышав это, Крит облегченно вздохнул, и перед его взором предстала Мира, которую он очень скоро увидит, — быть может, при других обстоятельствах я бы остался в стороне, но Ривардо точно не обрадует эта новость, — Крит одобрительно кивнул.
— К тому же, связь членов Ордена с демонами нам не дает покоя, — продолжил серафим.
— О чем вы? — удивился первоподданый.
— Видишь ли, Арон, в царстве теней сейчас напряженная обстановка — о моём существовании стало известно, а слух пустил один мерзкий демон, который выведал это у кого из ваших, думаю, ты представляешь, чем грозит раскрытие моей тайны среди демонов, — Арон застыл, сердце на мгновенье сжалось, а в глазах отразился ужас. Полушепотом он проговорил:
— Нет, что я наделал…
