- А кто, по-твоему, отводил Артуру и его двум подпевалам глаза позапрошлой осенью на поминках, так что они целый час пялились на Нельку, и в упор не замечали твою протеже?
- Я был уверен, что она устоит.
- Не-а, в тот раз не устояла бы. Она буквально дохла от голода, и причин, чтобы держаться, у нее не было никаких. Школу в тот момент она уже почти ненавидела, и сожалела лишь о том, что не взяла сама опекунство над младшими братишками и сестренкой, чтобы получать на них пособие, с помощью которого могла бы весьма неплохо при ее потребностях жить...
- И откуда тебе это стало известно? Неужто научился мысли читать?
- Нет, она все это сама высказала - Нельке. Еще себя дурой назвала, и плакала - неужели тебе не доложили?
- Да помню я, помню эти слезы. Они не всерьез были. Так что зря ты потратился на фантом.
- Ну, я не такой как ты всеведающий, я не стал рисковать. В общем, чудес у меня в загашнике больше не осталось, так что обратимся к тебе и подсчитаем баланс твой ...
- Ты, однако, зануда.
- Ты просто не хочешь помогать Янеку. Почему?
- Потому что он атеист.
- Явись к нему во сне, предложи хорошенько попросить - и станет глубоко верующим, если уж для тебя это так важно.
- Ты не понял. Твой бомж не агностик, которые сомневаются - он меня отрицает. Не может простить того, что я сделал с его Родиной. Так что просить он меня ни о чем не станет.
- А ты действительно виноват, в смысле с его Родиной?
- Смеешься? Какое мне дело до чьей-то там родины, чтобы я там что-то творил? Но он считает, что я не должен был допустить того, что в его стране произошло.
- А ты думаешь иначе?
- Я не сторож и не спонсор. Времена, когда я кого-то выделял, давно закончились. Для меня все нации и все люди равны. Без исключений.
- Тогда в чем проблема с бомжом Янеком? Если тебя так это согревает, то могу организовать в защиту его молебен - хочешь оптом, хочешь в розницу.
- Обойдусь. Однако странно, что ты просишь за человека. С чего бы это?
- Он не стандартный. Мне любопытно за ним наблюдать.
- Не все, значит, из него извлек?
- Угу. К тому же игра есть игра.
- Ладно, - лениво вздохнул Бог. - Устрою я вам чудо. Пусть живет, пока не наскучит. Хотя этот его любимый суперкостюм быстренько доест его жизненный ресурс без всякого рака.
- С тех пор, как Янека отвезли в больницу, он его больше уже не наденет. Там все старье с него сняли и выдали пижаму.
- Ты же сказал, будто его уже выписали ...
- В чистом белье. Не натягивать же на больного старые вонючие лохмотья.
И оба, переглянувшись, ухмыльнулись - каждый своей усмешкой. Потому что оба, ну оба превосходно знали, чего стоят на самом деле для любого человека суперспособности, и откуда они берутся.
Осталось добавить всего несколько слов о том, что же случилось с нашими героями потом.
1. Янек у Глафиры Львовны прожил целых 13 лет. Болезнь, совершенно неожиданно для всех, не просто приостановилась, а начала развитие в обратную сторону. Метастазы в легких рассосались бесследно, и остаток печени худо-бедно, но продолжил функционировать. Правда, на концертах и корпоративах Янек больше не выступал - энергия, чтобы зажигать залы, к нему уже никогда не возвращалась. Хотя на гастроли группы они вместе с Глафирой Львовной пару раз съездили, и все выступления Семена по телевизору он отслеживал - старику было приятно наблюдать за успехами своих протеже.
2. Михайло все чаще на корпоративах заменял его внук - столь же рассудительный, и настолько же влюбленный в ударники. Одним из музыкальных номеров их выступлений всегда было его соло - минуту, не более, но этого хватало, чтобы эффект был эксклюзивным. В общем, у группы "Мы из глубинки" действительно было свое собственное лицо, и это лицо чем дальше, тем становилось все востребованней. Однако повторить судьбу "Ласкового мая", то есть собирать стадионы исключительно на свои концерты, им все же не удалось - да и не светило.
Хотя благодаря связям Марата им удалось заиметь постоянную приписку к одному из Дворцов Культуры города N как их областного центра, однако все блатные, то есть жирные куски шоу-бизнеса были слишком давно схвачены и поделены, чтобы можно было надеяться пробиться туда, где безраздельно царствовали артистические кланы. И где были свои спецы по визуальным сценическим эффектам, продвинутые по любым мировым стандартам.
4. Поэтому из конструкторского бюро на автозаводе Галюня увольняться не стала, не захотела и не собиралась захотеть даже в самой отдаленной перспективе. Что не помешало ей превратиться в по любым меркам крутого декоратора, так что Марина оказалась права, назвав ее "Золотой рыбкой". На придуманные ей и воплощенные Галюней эффекты публика клевала как зачарованная. В общем, недостаток раскрученности в общероссийском шоу-бизнесе имел свои преимущества - группа не работала на износ, но чаще всего был аншлаг. Туры они устраивали не дольше чем на неделю и ездили исключительно по своему региону: либо по райцентрам, либо в соседние области.