Янек закашлял.
- Ты не уйдешь от меня так быстро, даже и не думай! - продолжала она. - Я не отпущу тебя, не отпущу! Буду по знахаркам тебя водить, травами отпаивать.
- Ты же никогда не верила в народную медицину, - не мог не усмехнуться Янек, превозмогая очередной приступ боли.
- Не верила, и сейчас не верю, - согласилась Глафира Львовна. - Но для того, чтобы тебя с того света вытащить, я готова поверить во что угодно. А ты поклянись, что будешь меня во всем слушаться, и делать все, что я прикажу.
- Буду, ласточка ты моя, клянусь буду делать все, что ты захочешь. А почему ж ты столько лет от меня пряталась-то?
- Да зачем тебе нужна была старая толстая корова? Я хотела, чтобы ты помнил меня молодой и красивой! Знал бы ты, как я жалела всю жизнь, что послушалась тогда родителей и отказалась выйти за тебя замуж!
- Зато у тебя есть квартира, и хорошая пенсия. А я - бомж.
- Что толку от квартиры, если нет там того, кого хочет сердце? Даже детей мне судьба не послала - а у тебя ведь есть, разве не так?
- Есть. Двое, и трое внуков. Дважды был женат, но оба раза неудачно. Ушел, чтобы им не мешать.
- Я слышала, ты отказался пиарить одного... кандидата.
- Угу. Ты же знаешь, я никогда не торговал своей совестью. А только после этого меня и выперли... отовсюду. Они надеялись, что я прижму хвост и соглашусь, но я предпочел залечь на дно. Я надеялся, что либо про меня забудут, либо я свернусь калачиком где-нибудь в подворотне - и конец будет всем моим земным невзгодам. Но меня доставали, извлекали, и продляли мои дни...
- Бедный ты мой, - снова всхлипнула Глафира Львовна. - Сколько же ты мучений принял из-за какого-то дерьмового поца... Да ты ложись на подушку, не стесняйся. Ты теперь дома, и я тебя выхожу, вот увидишь...
Она подошла к дивану и помогла Янеку лечь, затем встала перед диваном на колени и положив голову ему на грудь, посидела так некоторое время, словно к чему-то прислушиваясь.
Янек заснул - спокойным, ровным сном. Глафира Львовна подняла голову и повернула лицо к Марине с Семеном.
- Теперь уходите, - сказала она им самым будничным голосом. - Вы сделали для него все, что могли. Теперь моя очередь... Да-да, я помню диагноз. Он проживет у меня столько, сколько сможет. Я постараюсь, чтобы подольше.
ЭПИЛОГ И ПОСТСКРИПТУМ
34
Снова Кнстантиновка
Марина и Семен вышли на улицу.
- Я и не знал, - сказал Семен, - что он когда-то стоял высоко.
- Я тоже, - согласилась Марина. - Хотя я всегда догадывалась, что он не был простым рядовым журналистом.
Они оба помолчали, каждый о своем.
- Знаешь что, выходи за меня замуж, - вдруг сказал Семен. - Хватит тебе изображать из себя моего бесплатного пиар-менеджера на удаленке. Я хочу, чтобы ты была моей семьей...
Марина остановилась и замерла. Услышанное требовалось переварить.
- Чего-чего? - вымолвила она, наконец. - Я не ослышалась? Ты сделал мне вот сейчас предложение?
- Не ослышалась, - подтвердил Семен. - Я хочу, чтобы именно ты была со мной и в горе, и в радости.
- А-а-а! - саркастически засмеялась Марина. - А я уже было подумала, потому что ты меня любишь.
- Одно другому не мешает. Просто одной любви для счастливой семейной жизни мало.
-Угу. Особенно когда любовь - всего лишь красивый мираж на горизонте.
- Отчего же "на горизонте"? Ты всегда мне нравилась. Ты понравилась мне с самой нашей первой встречи. И я очень по тебе скучал все это время. Когда ты подсунула вместо себя эту Галюню... и я понял, что тебя уже не будет в моей жизни... Я ее едва переношу, хотя она ни в чем не виновата.
- Она талантлива.
- Да, наверное. Но идеи она осуществляет твои.
- Признаюсь, мои. И что, разве плохо осуществляет?
- Она делает это замечательно. Настолько замечательно, что кричать хочется - все равно что твой призрак рядышком стоит. Ловишь его руками, а поймать не можешь... Ну так как насчет того, чтобы стать моей настоящей невестой и видеться часто-часто? Или ты против?
- Я не против, - сказала Марина. - Я в принципе согласна...
- А без принципа?
- Без принципа я готова расписаться с тобой хоть завтра, но мне придется доработать этот год по направлению, согласно диплому. Потому что если я сейчас уеду из Константиновки, то школа там останется без историка, без учителя информатики и ИЗО на целых две учебных четверти. А этого допустить я никак не могу - меня будет мучить совесть.
- Тогда пошли прямо сейчас в ЗАГС подавать заявление. Паспорт при тебе?
- А как же! Я всегда его с некоторых пор держу в сумочке...
Они расписались в положенный после подачи заявления в ЗАГСе срок, хотя Марина до самого последнего момента не верила, что это ей не снится, и что намерение Семена связать с ней свою судьбу прочно и неизменно. Свадьба была скромной, если так можно было назвать "посидели со свидетелями в кафе и разошлись". Но Марина была сиротой, бабушку с малышами вырывать из деревни ей не хотелось, да и о чем там было говорить, если до самого лета молодым предстояло пока жить по отдельности, встречаясь только по выходным, причем по техническим причинам ездить приходилось Марине в N, а не наоборот.