Это оказалось нелёгким делом, и капитан чувствовал, как его сносит прямо в бездну. Но вдруг капризный водоворот поднёс его к одному из островков, и ноги пловца упёрлись во что-то твёрдое. Уриэль, раскинув руки, пытался ухватиться за что-нибудь, но пальцы соскальзывали, отрывая от острова студенистые куски, которые тут же подхватывал неистовый поток.
Черепа равнодушно смотрели на него пустыми глазницами, бесстрастно наблюдая, как он беспомощно сползает к бушующему водопаду. Наконец отчаянный пловец сорвался, его развернуло, и он опять оказался в обжигающей ядовитой жиже.
Вместе с водопадом Уриэль летел в неизведанные глубины. Он судорожно и нелепо молотил руками и ногами, словно это могло предотвратить падение в чёрную бездну. Неужели всё должно окончиться именно так? Неужели ему суждено бесславно сгинуть в этом вонючем аду?
Он уловил отблеск света на поверхности внизу и сгруппировался, чтобы максимально смягчить удар. Его тело вошло в жижу вертикально, и сточные воды сомкнулись над ним. Выпотрошенные трупы кружились в водовороте вместе с ним, оторванные руки цеплялись за него, и безглазые черепа насмешливо скалились, заглядывая пустыми глазницами прямо в душу.
Уриэль изо всех сил старался вынырнуть. Лёгкие горели огнём, сердце билось о ребра, словно хотело вырваться из груди.
Наконец его голова оказалась над поверхностью, и Уриэль с наслаждением сделал глубокий вдох. Подземный туннель с промозглым зловонным воздухом показался Уриэлю райским местом после чёрных вязких глубин. Вокруг в завораживающем танце кружились мёртвые тела, и капитану понадобилось несколько секунд, чтобы в голове у него прояснилось. Огромные лезвия с клацаньем пронзили воду прямо перед ним. Чудовищные лопасти перемалывали содержимое потока в кровавую кашу.
Винт этой мясорубки вращался слишком быстро, чтобы можно было проскочить между лезвиями. Но когда подземная река поднесла капитана ближе к ужасному препятствию, он увидел, что острые лопасти не достают до потолка пещеры. Иначе механизм постоянно стопорился бы.
Логично будет предположить, что они не достигали и дна. Вопрос лишь в том, насколько велик зазор.
В любом случае, другого выхода просто нет. Вентрис набрал полные лёгкие воздуха и нырнул в жижу. Он ощущал упругие толчки взбаламученной лопастями воды. Словно издеваясь, теперь буруны выбрасывали Уриэля на поверхность, но он, напрягая все свои силы, уходил всё глубже и глубже в кровавое месиво.
Ослепший, оглохший, едва не теряющий сознание Космодесантник, наконец, нащупал каменное дно туннеля. Он открыл глаза и увидел в кровавой мгле какую-то движущуюся тень. Движение воды подтвердило близость смертоносных лопастей. Капитан не знал, насколько велик зазор и удастся ли проскользнуть, но поскольку другого выбора не было, он постарался прижаться как можно теснее к дну и стал пробираться вперёд. Спиной он чувствовал движение лопастей.
Вдруг он вскрикнул от обжигающего удара поперёк спины, и пузырь воздуха вырвался у него изо рта. Инстинктивно, уже ничего не соображая от боли, Уриэль проталкивался вперёд. Вскоре его движения замедлились — конечности слушались всё хуже и хуже. Капитан уже готов был сдаться.
Но тут его подхватил водоворот и буквально вышвырнул на поверхность. Уриэля затошнило и буквально вывернуло наизнанку. После того как он вернул в канализацию всё, что вынужден был у неё позаимствовать, капитан с удовольствием вдохнул полной грудью. Течение за гигантским измельчителем было всё ещё сильным, но пловец уверенно держался на поверхности.
Он ликовал, хотя с трудом верил, что остался в живых, и оглядывался вокруг в надежде увидеть других воинов из своего отряда.
— Пазаниус! — хрипло выкрикнул он. — Ваанес!
Но ему ответило только эхо, отразившееся от заплесневелых сводов пещеры. В обозримом пространстве живых не наблюдалось. Неужели все погибли в этой адской мясорубке, неужели отважные бойцы превратились в кровавую кашу?
Сейчас, находясь в относительной безопасности, Уриэль задался вопросом: а куда, собственно, ведёт этот туннель? У него не было способа выяснить это, но создавалось такое ощущение, что он намотал немало километров по этим чёртовым порогам. И куда потом сливается вся эта жидкость?
На какое-то время эти раздумья отвлекли его внимание, но вскоре бурный поток вновь закрутил его в водовороте, а впереди обозначилось светлое пятно. До Уриэля опять донёсся рёв водопада, но на этот раз в поле зрения не было никаких островков, за которые можно было ухватиться. Стремительное течение понесло Вентриса с все нарастающей скоростью.
То, что он принял за светлое пятно, быстро увеличивалось в размерах и в конечном итоге оказалось выходом из туннеля. Белый небосвод распахнулся над пловцом, мёртвое небо Медренгарда по-прежнему белело над чёрными скалами. Уриэль выбрался из Халан-Гола, пропутешествовав по его канализации.
